Лазар выхватил из кармана эти документы, которые держал наготове, и вручил их клерку со скромной улыбкой. Будучи бюрократом по натуре, он понимал, сколько неприятностей может причинить почему-либо заупрямившийся самый мелкий чиновник… К счастью, именно этот был настроен вовсе не враждебно — визы были проставлены с максимальной быстротой, и мы вернулись на римские улицы, располагая восьмью часами совершенно свободного времени.
Был час дня, и жена Лазара, которую он называл Дори, сверкнув глазами, заявила, что теперь самое время отыскать какой-нибудь хороший ресторан. Но я, хотя тоже был изрядно голоден, решил, что если сейчас не проведу границу между собой и этой семейной четой, в дальнейшем рискую попасть под еще более жесткий пресс. А потому заявил тут же, что предпочитаю отказаться от этой заманчивой идеи; поесть можно и на ходу — последнее я подчеркнул интонацией, не сильно, впрочем, пережимая.
Они были ошеломлены тем не менее.
— Вы не хотите поесть? — прямо-таки с отцовской интонацией осведомился Лазар.
— Не вижу никакой проблемы, — совершенно искрение ответил я. — Не хочется тратить на это времени. Я никогда раньше не был в Риме и хочу чуть-чуть оглядеться… сам. — Последнее я снова чуть-чуть выделил, старясь, чтобы это все же не прозвучало невежливо.
Автоматическая улыбка на лице Доры исчезла, и она помрачнела; при этом она слегка тронула мужа за рукав, словно желая в чем-то предупредить, но он никак не отреагировал на это прикосновение, скорее всего даже не почувствовав его.
— Минуточку! — воскликнул он с тревогой в голосе. — Куда вы собираетесь отправиться и где мы с вами встретимся?
— Где встретимся? В аэропорту, разумеется, — сказал я. — У меня с собой билет на самолет, и если вас не затруднит вернуть мне мой паспорт и посадочный талон, чтобы я мог получить свой рюкзак, я прибуду в аэропорт прямо к вылету.
Похоже, что Лазар был сражен столь неожиданной для него независимостью.
— Постойте… постойте. В аэропорту? Где именно в аэропорту? И почему именно там? Вы видели, какая там царит путаница? Может быть, нам лучше встретиться где-нибудь в городе, чтобы не потеряться как раз перед вылетом?
Но его жена, уловившая мое решительное намерение провести между нами определенную разделительную линию поспешила разуверить его:
— Все хорошо. Никаких проблем. Мы встретимся прямо в самолете, вот и все. И нечего создавать из этого проблему.
И он вынужден был вернуть мне мой паспорт вместе с посадочным талоном и квитанцией на рюкзак, не удержавшись все-таки, чтобы не спросить:
— Но куда вы собираетесь все-таки идти? В каком хотя бы направлении?
— Я еще не решил насчет направления, — ответил я, избегая называть какое-либо определенное место, с тем чтобы избежать всякой с их стороны попытки встретиться со мною.
Что-то похожее на обиду вспыхнуло в его глазах, но он немедленно подавил ее, заменив вопросом, есть ли у меня хоть какие-то деньги.
— Нет, — ответил я, — ни копейки, — и бросил при этом взгляд, полный немого упрека на его жену. — Девушка в офисе вчера получила валюту для меня в банке, но так и не передала ее мне.
Миссис Лазар покраснела. Лазар взял ее сумочку и достал из нее конверт с деньгами. Он пересчитал банкноты, задумался, а затем дал мне ровно половину — двести долларов. Затем, подумав, добавил еще сотню и сказал:
— Видите… очень хорошо, что я спросил об этом. Но, — продолжал он, поворачиваясь к жене, — я никак не пойму, почему наш друг не получил эти деньги вовремя, и почему ты до сих пор не заметила этого уже здесь. Похоже, что ты даже не заглянула в этот конверт вообще…
Но прежде чем его жена собралась с ответом, он закрыл эту тему, закончив нетерпеливо: «Ну, ладно, хватит об этом».
Затем он повернулся ко мне.
— Не стоит более терять времени. Заметьте лишь, что мое беспокойство в данном случае весьма уместно, ибо в противном случае вы отправились бы на прогулку по Риму без денег, и если бы вы по какой-либо причине потерялись, это была бы просто катастрофа. А посему я прошу вас с этой минуты — перестаньте смущаться и церемониться с нами, и если что-либо вас беспокоит, или вам что-то нужно, говорите об этом безо всяких экивоков. Итак, куда вы сейчас направляетесь?
Похоже было, что он решил узнать это во что бы то ни стало. И я, не раздумывая, сказал: