Максим поставил его рядом с озером. На расстоянии нескольких метров. После чего достал второй. Этот выглядел иначе. Чуть более узкий. Более высокий. По его поверхности ползли изображения каких-то длинных существ. То ли драконов. То ли змей. То ли чего-то промежуточного. Их тела переплетались между собой. Образовывали замкнутые круги. Переходили в сложнейшие энергетические схемы. На краях чаши располагались небольшие выступы. Напоминающие раскрытые пасти. Словно треножник собирался проглотить всё, что попадёт внутрь. Даже сейчас от него исходило ощущение древности. Такое, какое невозможно подделать. Словно артефакт существовал сотни. А возможно и тысячи лет. Пережив не одно поколение культиваторов. Максим аккуратно установил его с другой стороны озера. Затем достал третий. Последний треножник был самым крупным. И самым странным. На первый взгляд он выглядел проще остальных. Но стоило задержать взгляд чуть дольше, как возникало неприятное ощущение. Будто поверхность бронзы постоянно меняется. Будто узоры слегка двигаются. Перетекают друг в друга. Исчезают. Появляются снова. Причём увидел он это не глазами. А где-то на границе восприятия. Словно артефакт воздействовал непосредственно на сознание наблюдателя. Его ножки больше напоминали человеческие руки. Многочисленные пальцы вцеплялись в камень пола. Будто удерживали всю конструкцию на месте. По ободу чаши тянулись ряды неизвестных символов. Некоторые из них были заполнены чем-то чёрным. Похожим на застывшую смолу. Другие светились едва заметным серебристым оттенком. Максим установил его напротив первых двух. Образовав своеобразный треугольник вокруг части озера. После чего сделал несколько шагов назад. И замер. Наблюдая.
Сначала ничего не происходило. Лишь тихо журчал ручей. Да, серебристая поверхность озера лениво колыхалась в вечных сумерках пещеры. Но затем… Один из символов на первом треножнике вспыхнул. Очень слабо. Почти незаметно. Следом загорелся второй… Третий… Десятый… Сотый… По поверхности зелёной бронзы начали медленно разгораться древние письмена. Словно артефакт просыпался после многолетнего сна. На втором треножнике вспыхнули изображения змееподобных существ. Серебристое свечение медленно побежало по их телам. Заполняя сложные контуры. На третьем же начали светиться сами символы по ободу чаши. Один за другим. Один за другим. Один за другим.
Наблюдая за всем этим, Максим невольно усмехнулся. Он даже не успел влить в них собственную энергию. Не успел активировать формации вручную. Не успел провести настройку. Им это просто не понадобилось. Потому что окружающая среда уже содержала столько энергии Инь, что сразу же после установки артефакты начали работать самостоятельно. Словно голодные звери наконец почувствовали запах пищи. Воздух внутри пещеры изменился. Едва заметно. Но ощутимо для чувствительного культиватора. Потоки энергии начали смещаться. Закручиваться. Медленно стекаться к установленным треножникам. Из глубины озера поднялись тонкие серебристые нити. Не жидкость. Не туман. Нечто среднее. Концентрированная энергия. Настолько плотная, что её уже можно было увидеть глазами. Она потянулась к чашам артефактов. Медленно. Неотвратимо. И начала втягиваться внутрь. Первый треножник тихо загудел. Второй издал низкий вибрирующий звук. Третий вообще начал покрываться тончайшим слоем серебристого инея.
В этот момент Максим чувствовал, как внутри артефактов запускаются древние механизмы преобразования. Невидимые формации оживали одна за другой. Переплетались. Запускали новые циклы. Начинали сжимать поступающую энергию. Уплотнять её. Очищать. Конденсировать. Превращать из бесформенного потока в нечто более стабильное. В нечто материальное. В нечто, что можно будет хранить. Использовать. Накапливать. И именно тогда парень впервые увидел результат. На дне чаши первого треножника появилась крошечная серебристая крупинка. Размером не больше песчинки. Но это была уже не энергия. Не туман. Не поток Инь. Это был зародыш кристалла. Первая частица будущего накопителя силы.