В шкафах тоже никого не обнаружилось, а лоджия была пуста. Вид спальни вызывал сожаление, рваный матрас и бумаги валялись на полу в кабинете. Компьютер Карен работал, была открыта электронная почта. Кто-то недавно им пользовался. Как же они проникли в компьютер? Либо это были выдающиеся специалисты в области информатики, либо Карен сама дала им пароли, и наверняка не по доброй воле.
Могли ли они вывести Карен из здания, миновав охранника? Если эти типы нашли способ войти, то выйти им было еще проще. Конечно, они могли проникнуть сюда через другой вход. Если он есть. Хайме начал копаться в простынях, в комнате, осмотрел белые диваны и пол в гостиной.
— Что ты ищешь? — спросил Рикардо.
— Следы крови. И не вижу, слава Богу.
— Ты думаешь, они забрали ее с собой?
— Приходится верить, пока мы ее не найдем. Но я знаю, где она может быть.
— Тогда поедем отсюда немедленно. Если полиция застанет нас здесь, мы несколько часов будем давать объяснения, которые ты не хочешь давать.
Хайме встрепенулся. Действительно, если их здесь застанут, то поведут в участок давать показания, и он не сможет искать Карен. Это невозможно.
— Пошли.
— Действительно, квартира взломана. Там что-то искали, оставили ужасный погром. Карен нет. Мы уезжаем, — сообщил Хайме.
— Вот ключи. — Рикардо бросил ключи Васу.
— Минутку, — мужчина остановил их. — Я не могу позволить вам уйти, полиция велела мне задержать вас.
— Вас, мы очень спешим. Жизнь Карен в опасности. Подними шлагбаум.
— Мне очень жаль, но не могу.
— Вас, у тебя есть дети? — спросил Рикардо.
— Да, но…
— Так вот: у твоей жены будут сироты, если немедленно не откроешь шлагбаум, — пригрозил он, просовывая пистолет в окошко. — Открой чертовы ворота!
Глаза Васа вылезли их орбит.
— Делай, что он говорит, Вас, — посоветовал Хайме. — Он не шутит.
Шлагбаум стал медленно подниматься, Рикардо же продолжал держать Васа на мушке. Только когда барьер почти полностью поднялся, Рикардо убрал пистолет.
— Я мог бы снести машиной этот вонючий шлагбаум, но, видишь ли, я совсем недавно покрасил ее в этот чудный красный цвет. Не могу же я поцарапать ее по вине этого идиота!
Хайме не ответил. Он знал, что теперь их могли обвинить в вооруженном нападении. Но было все равно. Хоть бы Карен была свободна и укрыта в Монсегюре. Это была единственная надежда, а единственным способом связаться с катарами было поехать туда.
Они услышали полицейские сирены, и вскоре проблесковые маячки прорезали ночной полумрак улицы. Полицейские машины проехали в противоположном направлении, в сторону дома Карен.
— Еле-еле успели, — пробормотал Хайме.
— Как только охранник все им расскажет, полицейские сядут нам на хвост, — сказал Рикардо. — Моя машина слишком заметная. Им даже не нужен будет номер, только марка и цвет.
— Поехали в аэропорт за моей?
— Нас остановят раньше, чем мы до него доберемся.
— Есть какой-нибудь отель поблизости? — поинтересовался Хайме.
Швейцар отеля поставил машину Рикардо, и они тут же вызвали такси, чтобы ехать в аэропорт. По дороге Хайме попытался снова связаться с Карен, но ее мобильный телефон был по-прежнему отключен.
— Слушай, не беспокойся так, — подбадривал его друг. — Уверен, что с твоей девушкой все прекрасно.
Хайме быстро нашел машину благодаря тому, что хранил в памяти ее координаты на парковке. Если бы он их не помнил, то потратил бы часы на поиски. Однако таксисту он назвал другой номер места, поблизости, на случай, если полиция установит местоположение «корвета», разыщет таксиста и будет его допрашивать.
— Посмотри, не видно ли какого-нибудь автомобиля, — попросил Хайме, когда они подъехали к Монсегюру, — это признак опасности. Но даже если мы никого не увидим, «Хранители» могут поджидать нас в темноте.
Они медленно проехали перед домом и не заметили ничего подозрительного вокруг. Сад был освещен, но в здании света не было. Может быть, Дюбуа решил переждать опасность в поместье какого-нибудь верного катара?
— Кто-то есть в доме, — заметил Рикардо.
— Откуда ты знаешь?
— Очень просто. Видишь, из трубы идет дым? Хоть и темно, но благодаря звездам видно.
Хайме осторожно проехал еще несколько метров и заметил знакомую узкую асфальтовую дорогу. Он свернул на нее и начал крутой спуск по склону, проверяя в зеркале заднего вида, не появятся ли сзади фары другой машины. Никого не было. Вскоре он уперся в перекресток и поехал налево. Фары освещали скалистый обрыв и густые заросли деревьев и кустов справа.