— Если бы были, то только вампиры, — ответила Карен медленно. — Сбавь ход. Поезжай помедленнее, — сказала она через несколько минут.
— Вот этот дом? — угадал Хайме.
Слева виднелось красивое здание, почти скрытое забором и деревьями. Сад был слабо освещен.
— Да, поезжай потише, но не останавливайся. Посмотри, нет ли какой-нибудь машины возле дома. Это означает опасность, так как мы всегда оставляем машины внутри. Посмотри, нет ли кого на тротуаре и среди деревьев.
Они не увидели никаких машин, а тротуар был слишком узким. Они проехали по шоссе еще сотню метров и, оказавшись вне поля зрения тех, кто находился в доме или рядом, Карен велела Хайме свернуть на узкую асфальтовую дорогу, ведущую налево. Темнота впереди, темнота сзади. Никто за ними не следил, и они несколько минут спускались по крутому холму.
Они подъехали к перекрестку и снова повернули налево, уже на грунтовую дорогу. Фары осветили необыкновенную скалистую стену, буйные заросли кустарника и деревья.
— Припаркуйся здесь, среди деревьев.
Хайме остановил машину, поставив ее так, что она была видна только на расстоянии нескольких метров: хорошее укрытие. Фары потухли, и молодые люди оказались почти в кромешной тьме. Хайме положил руку на колено Карен и сказал интимным тоном:
— Я, пожалуй, решусь. Ты занималась когда-нибудь любовью в «БМВ»?
— Похотливый кубинец! — весело упрекнула она его. — Побольше уважения. Ты у подножья Монсегюра, священной горы катаров, здесь собираются Добрые Мужчины и Женщины. А они приносят обет невинности.
— Но ведь ты его еще не давала?
— Хватит дурачиться. Пошли, нас ждут.
— Ладно, — обиженно согласился Хайме. — Про головную боль мне приходилось слышать, но про священную гору… Неплохо.
— Иди за мной, — приказала Карен, открыла свой чемоданчик и достала фонарь.
Девушка подошла к скале и прошла несколько метров по узкому коридору между скальной стеной и кустарником. Через несколько метров Карен отвела рукой кусты в сторону, и свет фонаря выхватил из мрака каменную арку, похожую на вход в подземелье. Карен решительно прошла в нее и метра через три оказалась возле металлической двери. Она нащупала рукой на стене слабо освещенную табличку с цифрами и набрала код. Тихое пиликанье показало, что система безопасности отключилась. Девушка вставила ключ в замок, и дверь мягко открылась. Они вошли в узкий коридор, в глубине которого находилась железная винтовая лестница.
— Этот коридор одновременно и вход, и аварийный выход, — тихо объяснила Карен. — Учитывая ту роль, которую ты будешь играть в группе, Дюбуа даст тебе сегодня комплект ключей. Кроме того, надо выучить коды. Первый — только для входа, второй отключает сигнализацию, предупреждающую тех, кто в доме, о нежелательных гостях.
Не дожидаясь ответа, она начала подниматься по лестнице. Подъем напоминал глубокий колодец, а Карен поднималась так быстро, что если бы Хайме отстал, то через минуту оказался бы в кромешной темноте. Они поднимались метров десять, и, наконец, оказались на площадке, вырубленной в скале, от которой отходили два туннеля.
— Правый ведет в кельи Добрых Людей и в часовню, где ты уже был. Мы пойдем в сам дом.
При упоминании о часовне Хайме вдруг почувствовал присутствие необыкновенного гобелена, фигуры на котором жили своей жизнью. Ему очень хотелось вернуться туда. Он хотел снова оказаться в ритуальной пещере.
Но Карен уже удалялась от него по туннелю, и вскоре они уперлись в другую металлическую дверь с кодовым замком Карен снова повторила ту же операцию, и дверь тихо отворилась.
Они находились в главной гостиной дома, в которую попали, пройдя через сдвижную деревянную панель, плотно прилегающую к стене и практически незаметную. Гостиная была просторная, двухуровневая, красиво и удобно отделанная, с большим камином. Большие окна с видом в сад занимали восточную и западную стены.
Они увидели Кевина Кеплера и Петера Дюбуа за столом с ворохом документов. Карен весело их поприветствовала:
— Здравствуйте, господа.
Оба мужчины обернулись в ее сторону и кивнули. Хайме подошел и протянул руку.
— Вы очень заняты. Все это больше напоминает офис, чем религиозный центр.
— Это не просто религиозный центр, — возразил Кеплер, — ведь тут у нас, к несчастью, небольшая тайная аудиторская контора. Так и должно быть, потому что если бы «Хранители» знали, где мы находимся и что делаем, они быстро бы нас уничтожили.
— Убийство Линды — не только большое несчастье, — добавил Дюбуа, — но и серьезная помеха для наших планов. Она в совершенстве знала каждый документ и была опытным аудитором. Если мы и раньше нуждались в вас, Хайме, то теперь тем более. У нас сейчас такой беспорядок в документах, что их невозможно представить Дэвису как доказательства.