- Да, но почему граф держит нас здесь, в тюрьме, а не отправил вместе со всеми? - спросил Том.
- Резонный вопрос, - согласился Томас, - но, кажется, у меня есть ответ на него. Честно говоря, я надеялся, что Рэндалл, узнав меня, а что он меня узнал, я почти не сомневаюсь, захочет, по крайней мере, поговорить со мной. Он ведь прекрасно знает, как я был предан королю, и что моя ненависть к герцогу, так же сильна, как и у него. Но поскольку прошли уже почти сутки, как мы находимся в этой вонючей дыре, а к нам еще никто не наведывался, кроме смотрителя, то одно из двух, либо он меня, все-таки, не узнал, что маловероятно, либо я ему неинтересен. Возможно, он не может простить мне того, что я не уберег короля. Если так, то очень жаль, потому что, в моем лице, он получил бы надежного союзника, для того чтобы отомстить герцогу. А то, что граф мечтает отомстить Кастилье, я абсолютно уверен.
- А я? - обиженно спросил Том.
- Ты? - Томас неожиданно рассмеялся, - а причем здесь ты?
Но увидев, что юноша насупился, прекратил смеяться и примирительным тоном сказал: "Ну, ну. Не обижайся, я пошутил. Если серьезно, то я думаю, что как раз благодаря тебе, мы здесь и находимся". В ответ на немой вопрос Тома он пояснил: "Я уверен, что граф не оставил своим вниманием тот факт, что Блэквуд, человек жестокий и беспринципный, вдруг, ни с того ни со всего, вступился за нас. Как умный и проницательный человек граф вполне мог предположить, что, например, тебя с капитаном могут связывать какие-то личные отношения и вероятно, решил использовать тебя, как инструмент давления на него, в том случае, если что-то в задуманной им операции пойдет не по плану. Учитывая, с какими людьми графу, придется иметь дело, эта предосторожность совсем не лишняя. Вот почему Рэндалл не отправил нас с тобой вместе со всеми, а решил припрятать до поры до времени. К сожалению, ему на нас, по большому счету, наплевать. Сейчас, мы лишь орудие в его руках, которое он, в случае надобности, использует для достижения своих целей. А продать нас или повесить он всегда успеет".
- Дааа..., - протянул Том, - веселенькую ты картину нарисовал. Ну а если все же Кастилья выкупит капитана и все пройдет гладко, разве капитан забудет про нас?
- Может и не забудет, а может и забудет, все будет зависеть от сложившихся обстоятельств и от желания самого Блэквуда.
- Как это?
- Как это, как это, - передразнил юнгу Томас, - а вот так это. Ты что думаешь, Блэквуд днями и ночами думает как бы отблагодарить тебя за свою спасенную жизнь? Как бы, не так. Да будет тебе известно мой мальчик, капитан Блэквуд один из ближайших соратников герцога Кастильи. И этим все сказано. Это хитрый и опасный человек, и я не исключаю, что он мог приложить руку к исчезновению Карла. Впрочем, ему не привыкать совершать подобные преступления. Когда я увидел его, из последних сил цепляющегося за кусок мачты, то поначалу обрадовался, что капитан вот-вот покинет этот мир, и это будет справедливо. Но потом я передумал и решил, надеюсь ненадолго, продлить его никчемную жизнь, воспользовавшись твоей помощью. Я надеялся, что пользы от живого капитана будет больше, чем от мертвого, и как видишь, не ошибся. И все же, для меня было большим сюрпризом узнать, что он проявил по отношению к нам благородство. Да, да! И не смотри на меня так. Я с трудом верю, что этот человек испытывает к нам искреннее чувство благодарности. Я знаком с ним довольно давно и хорошо изучил его коварную натуру. Он никогда и ничего не делает без выгоды для себя. И милосердие для него ничего не значит. Что его подвигло на то, чтобы включить нас в список своих товарищей? Не знаю. Но, хвала господу, случилось то, что случилось. Однако, несмотря на это, доверять Блэквуду, как, впрочем, и графу Рэндаллу, нам никак нельзя. Во всяком случае, сидеть, сложа руки, и ждать помощи от этих двух господ, мы не будем. Поверь, мой мальчик, побег для нас, наилучший выход.
Томас умолк, покряхтывая, поднялся, и принялся ходить по камере из угла в угол, разминая затекшие ноги.
- Да, но как же ты оказался на "Хризантеме"? Ты же знал, кто такой Блэквуд и все равно стал членом его команды. Почему? - недоуменно спросил Том.
- Видишь ли, у меня не было другого выхода. После того, как Кастилья стал преследовать всех, кто был предан покойному королю, мне ничего не оставалось делать, как быстро покинуть дворец, где меня, скорее всего, ожидала, в лучшем случае, тюрьма. Герцог прекрасно понимал, что я не поверил в случайную смерть короля и постараюсь докопаться до истины. И это правда. Я бы костьми лег, чтобы вывести Кастилью на "чистую воду". Чтобы остаться на свободе, у меня было два варианта, либо совсем покинуть Мармонт и больше никогда туда не возвращаться, либо исчезнуть из дворца, но при этом держать в поле зрения своего врага пока не придумаю, как получить доказательства преступлений Кастильи против королевского дома Малинпьеров. И тут подвернулся Блэквуд, который набирал команду на "Хризантему". Капитан, конечно же, знал кто я такой, но, в тоже время, остро нуждался в опытных людях хорошо знающих военное дело, я смог убедить его, что мне все равно кому служить, лишь бы платили звонкой монетой, и он взял меня на корабль, закрыв глаза на мое прошлое. Блэквуд также поставил условие, что я буду держаться подальше от Фрубурга. Да я и сам понимал, что раньше времени, попасться на глаза Кастилье, значит подписать себе смертный приговор.
Теперь пришла очередь Тома смеяться, а Бамбелле недоумевать.
- Ты чего это? Что смешного я сказал? - спросил он юношу.
- Мне кажется, ты ошибаешься, - проговорил Том, сквозь смех, - скорее всего, Блэквуд и его команда нуждались в человеке, который будет готовить им еду, а не ха-ха-ха, размахивать саблей!
- Ах ты, чертенок! - теперь и Томас от души рассмеялся зараженный весельем своего молодого товарища.