– Прохлаждаешься? – слышится голос начальника из-за спины, заставивший меня испугаться. Засмотрелся на ужасы, не ожидал.
– Извините, Женя, интересная передача.
– Ладно, вместо того, чтобы мультики свои смотреть, – он находит пульт и, ткнув несколько раз на кнопку выключения, все-таки вырубает «умный» телевизор, – лучше отправляйся-ка ты, парень, в общагу.
– Это не мультик, – говорю я, но прикусываю язык: у начальника юмор такой, что же я за глупец… И смеюсь, но получается ненатурально: – А-а, понял. В общежитие? Зачем?
Не понял, если честно. Но мне приходит отбивка с адресом нового клиента, и я отправляюсь в новую точку – студенческий городок.
Прибываю я вровень с заявленным временем. Парень выбегает в одной майке, лохматый и замученный. Жалко его становится. Заказ – замороженная пицца и банка энергетического напитка – выдан, и я, сказав ему пару хороших слов, отправляюсь назад.
К обеду заказов становится втрое больше. Мы все исправно работаем. Женя нас хвалит. Ничего серьезного не происходит, только думаю об авариях все больше, из-за телевизионной передачи тоже думаю, и выматываюсь до такой степени, что и обед пропускаю.
Люблю доставлять заказы по программе социальной поддержки: есть бабушка, с которой я вижусь два раза в неделю. Она очень радуется, когда меня видит. Сразу узнает – и я её тоже, здороваюсь, как принято вести себя со старшими. Она столько всего рассказывает: и про то, какие песни пели в далеких девяностых, и про её панк-рок прошлое. Хорошая бабушка, добрая. В сорок лет оторвой была, в байкерском клубе состояла, а сейчас сокрушается, что по здоровью мотоцикл ей противопоказан.
– Вот, – говорит, комкая пакет с продуктами, – я бы сейчас газанула под «Арию» – только б меня и видели. Я бы улетела вдаль, как ангел, знаешь такие строчки? «И летящий вдаль, вдаль, ангел…» – напела она скрипучим голосом, и по моей спине поползли мурашки. – Так помереть бы хотела – я, ветер в лицо, свобода.
– Зачем умирать? Не надо умирать. Живите ещё, – отвечаю я, а она смеется, мечтательно глядя вдаль. – Ну, я поехал.
Надо как-нибудь покатать бабулю на мопеде. Неплохо ей будет на старости лет прокатиться. Только на безопасном участке дороги.
Пункт доставки закрывается ровно в восемь. Курьеры расходятся кто куда: в основном по хостелам и своим ночлежкам, а я и двое других ребят отправляемся на теплый склад. Ложась спать, желаю всем добрых снов, когда гасят свет и великаны из картонных коробок окунаются в темноту. Строчки бабушкиной песни затмевают страсти про аварии, и я со спокойной душой засыпаю.
Вновь снится мне, как еду, говорю с женой, только на этот раз пешеход огибает меня, пугаясь. Я снова смахиваю надоедливое уведомление приложения, хмуро отвечаю по видеосвязи:
– Все, давай. Давай, пока. Сейчас въеду в кого-нибудь. – Прежде, чем мне отвечают, кладу трубку.
Лимит по времени превышен будь здоров – я точно знаю, что начальник Женя ругаться будет, оттого злюсь пуще прежнего. Становлюсь совсем агрессивным, злюсь и на клиента этого, что ему понадобился ремонтный набор в такую рань, и на Уроборос с их скотскими временными рамками, и на себя самого, что поздно выехал. Ладно, думаю, осталось всего ничего: судя по навигатору, можно и срезать, чтобы время лихо сократить.
От толчка и просыпаюсь. Все как прежде, я укрыт брезентом, только подскакиваю. Пугаюсь сам себя – просыпаюсь ни свет, ни заря и найтись не могу, а в голове дребедень, во рту сушит. Я вчера ни крохи в рот не взял, не пил даже, у меня обезвоживание какое-то. Я выбираюсь из-под покрывала и направляюсь к двери, но она закрыта. Рано ещё, потемки. Мои коллеги спят как убитые – не просыпаются.
Не знаю, как дверь открыть, поэтому стучусь. Колочусь так, что на шум прибегает охранник. Затвор с шумом поднимается, и сонный мужчина с фонариком спрашивает:
– Чего ты распоясался?
– Мне… мне надо попить и поесть, – лгу я и протискиваюсь между ним и дверным проходом. – Прости, брат.
Охранник отскакивает, чертыхается. Я не обращаю внимания. Покидаю пункт доставки и выхожу за двери впервые в неуставное время. На небе ещё перемигиваются редкие звезды, сырой воздух приносит с набережной колючий октябрьский ветерок, машин мало, а город дремлет. Мои клиенты ещё не проснулись, не заварили чай или кофе, не сели в автомобиль и не спустились в метро; они не вызвали Уроборос.Доставку с сэндвичем и минеральной водой, а кто-то ещё не догадался поставить метку «срочно» и заплатить по тройному тарифу за доставку ремнабора.