Нисам видел, что Термий не согласен, но ему нечем возразить. Он благоразумно промолчал и склонился в лёгком поклоне, давая понять, что примет и исполнит любое решение повелителя. Нисам одобрительно кивнул и хлопнул его по плечу.
– Но раз тебя так волнует судьба Арасии, мой друг, у меня будет особое поручение для тебя.
– Я ваш верный слуга, повелитель.
– Меня беспокоят ламарские дикари. Слишком долго мы не обращали на них внимания. Пора это изменить, пока не стало поздно. Хочу знать, что там происходит. Отправь своих лазутчиков тоже. Узнай… Всё, что сможешь. Слухи меня не интересуют, только факты. О чём говорят, к чему готовятся, о чём молятся и какие ритуалы проводят. Даже что едят на завтрак и с кем спят их предводители. Любой пустяк может быть важен. Что-то изменилось. Хочу знать, что они затевают.
– Понимаю, – кивнул Термий.
– Вот и славно, – улыбнулся Нисам и шагнул к арене. – Пойдём, я хочу взглянуть на королевскую ложу.
Глава 3
Большие надежды
Сидя за спиной Кирса, Сашка отчаянно старался не свалиться. Лошадь шла неспешным шагом, но верхом Сашка ехал впервые, и ощущения были непривычными. Казалось, любой поворот, любое движение могут стать фатальными, поэтому он крепче цеплялся за одежду Кирса, пытаясь преодолеть не только страх, но и лёгкое смущение – Сашка никогда не любил находиться столь близко к малознакомым людям. Но выбора не было – перспектива рухнуть под копыта других лошадей не радовала.
Они ехали впереди внушительной кавалькады разодетых людей, пеших слуг и знаменосцев. Лаяли бесчисленные охотничьи собаки. Не успев нарезвиться за время охоты, они то уносились вперёд, заприметив какую-то мелкую живность, то отставали, устраивая возню. А где-то позади ехала повозка с тушей оленя и другой добычей. По одежде, по отношению и взглядам окружающих Сашка начинал догадываться, кого повстречал в лесу, но не это заботило его сейчас – он снова задавался мыслью, где очутился и чего ждать от этого места. И если раньше его одолевали сомнения и страх перед будущим, теперь появилась робкая надежда. Сашка гнал её, но она росла и крепла с каждой минутой, из-за неё он подмечал новые детали и всё больше и больше убеждался в своей правоте. Теперь Сашка точно знал, что оказался здесь неслучайно: голубое одеяльце, что лежало за пазухой, было из этого самого мира, а значит, и подвеска тоже. Он понял это не только по реакции Андры и Кирса – он узнал гербы на знамёнах, точно такие же, как вышитый на его одеяле – вставший на дыбы и расправивший крылья пегас. Сашка боялся думать, что в замке может встретить своих родителей, а то и вовсе оказаться родственником короля или даже его сыном. Ведь могло же быть так, что король захотел скрыть бастарда? Может, Кирс – его сводный брат? Или Андра – сестра? А ещё Сашка вдруг понял, что если раньше в нём жила обида на родителей, что бросили его на произвол судьбы в младенчестве, что не хотели его, сейчас она поутихла, а желание разыскать их, напротив, окрепло. Ему столько хотелось узнать: почему он вырос в детском доме, зачем его отправили в другой мир и как у него оказался волшебный кулон. Что он вообще означает? Может, ему оставили «обратный билет»? Может, всем этим родители хотели уберечь его от опасности? А значит – любили. Это были очень приятные мысли, хотелось окунуться в них с головой, хотелось в них поверить. Но как Сашка ни запрещал себе думать и надеяться, радостное волнение росло в груди и не унималось.
За этими размышлениями дорога пролетела незаметно. И только когда за спиной раздался торжественный звук горнов, возвещавших об их прибытии, Сашка встрепенулся и стал жадно глазеть по сторонам. Лес остался далеко позади, они ехали по дороге среди пшеничных полей и виноградников, а вдали, на возвышенностях, виднелись редкие фермерские дома, а воздух пах до того вкусно, что хотелось дышать полной грудью до головокружения.
Андра поймала Сашкин взгляд, указала рукой и звонко крикнула:
– Добро пожаловать в Кастельтерн, Саша из Петербурга!
И Сашка увидел его. Дома тесно облепили высокий каменистый холм и, казалось, росли из него, до того трудно было понять, где заканчивается скала и начинаются стены. Тут и там стремились к облакам высокие квадратные башни, точно свечи на праздничном торте. А на самой вершине холма, величественный, стоял королевский замок. День близился к вечеру, солнце неспешно садилось, окрашивало каменные дома в жёлтый и терракотовый, и город показался Сашке ошеломительно, сказочно красивым. Горн пел снова и снова, а Сашка не мог оторвать глаз от Кастельтерна, разглядывал приближающиеся дома с черепичными крышами, высоченные башни…