Гидеон лениво дразнил ее, наслаждаясь отрешенным выражением ее лица, чувственной беспомощностью женщины, которую ласками и поглаживаниями довели до освобождения. Глаза Ливии закрылись, когда она отдалась на милость его нежному мастерству, задыхаясь и выгибаясь от растущего наслаждения. Она достигла вершины, застыв под ним, и поджимая пальцы ног. – Да, - прошептал он, его большой палец скользил по ее плоти, - да, моя леди, сладкая моя… - Он медленно спустил ее с небес, выписывая эротические узоры во влажных кудряшках между ее бедер, целуя ее груди, пока она не успокоилась и не замерла под ним. Затем он прошелся губами по ее ребрам и мягкой коже ее живота, и, надавив, ладонями раздвинул ей бедра.
Ливия застонала, когда его язык нашел ее, а его палец протиснулся в набухший вход в ее тело. Гидеон покусывал и дразнил ее, наслаждаясь звуками, которые она издавала, ритмичными волнообразными движениями ее бедер, когда они приподнимались под его требовательным ртом. Почувствовав нежное давление ее мускулов на его палец, он осознал, что она на краю очередной разрядки, и медленно убрал руку. С коротким протестующим криком, она всем телом прижалась к нему. Он приподнялся над ней, раздвинул ее трепещущие члены и толчком вошел в ее теплую, пульсирующую мягкость.
- О Боже, - прошептал он, внезапно потеряв способность двигаться, таким сильным оказалось наслаждение.
Мурлыча от удовольствия, Ливия обвила его спину тонкими руками и приподняла бедра, вбирая его твердую плоть и затягивая ее глубже. Он ответил на ее движения, безостановочными сначала легкими затем сильными толчками и после резкими рывками, пока нежное трение плоти о плоть не стало невозможно выносить. У нее перехватило дыхание, и она содрогнулась, тело ее интимной лаской сжималось вокруг него волнами. Гидеон вышел из нее с резким стоном, он в яростном освобождении излился ей на живот.
Протяжно застонав, он ошеломленно свалился рядом с ней, пульс глухо стучал в его груди, отдаваясь в чреслах и ушах.
Прошло много времени, прежде чем оба они смогли говорить. Ливия подняла лицо с его плеча и сонно улыбнулась. – Эмберли никогда не делал так, в конце, - сообщила она ему, пальцы ее играли волосами на его груди.
Гидеон неожиданно ухмыльнулся при упоминании о своем отступлении в последнюю секунду. - Это метод предупреждения беременности «кофейня».
- «Кофейня»?
- Ты входишь и выходишь, ничего не потратив, - объяснил он, и она с приглушенным смехом накинулась на него. Он с легкостью поймал ее запястья. – Ливия… я должен защитить тебя от последствий того, что мы делаем, пока не…
- Я знаю, - перебила она, отодвинувшись от него. Ей определенно не хотелось обсуждать ничего важного прямо сейчас. Выскользнув из постели, она одарила его манящей улыбкой. – Мы поговорим об этом позже. А сейчас…
- Да?
- Иди и искупай меня, - сказала она… и он без колебаний подчинился.
Глава шестнадцатая
Впервые проснувшись в объятьях Гидеона Шоу, Ливия почувствовала себя так, словно мир изменился, пока она спала. Она никогда не надеялась снова почувствовать эту глубокую связь с мужчиной. Наверное, лишь те, кто однажды любил и потерял, могли по-настоящему оценить эту магию, подумала она, уютно устроившись на его заросшей мягкими, упругими волосами груди. Пока Гидеон спал, его лицо утратило свою привычную выразительность, и он походил на строгого ангела. Улыбаясь, Ливия позволила взгляду проследить суровую красоту его черт, длинный прямой нос, полные губы, непослушный локон янтарно-золотых волос, упавший ему на лоб.
- Ты слишком красив, чтобы описать словами, - сообщила она ему, когда он зевнул и потянулся. – Это чудо, если ты можешь заставить кого-нибудь всерьез выслушать тебя, когда они, наверняка, хотят просто сидеть и смотреть на тебя часами.
Его голос звучал хрипло со сна. – Я не хочу, чтобы кто-нибудь всерьез меня слушал. Это было бы слишком опасно.
Улыбнувшись, Ливия откинула прядку волос с его лба. – Я должна вернуться в Марсден Террас, прежде чем миссис Смедли проснется.