Этот вопрос сильно занимал Медведя, но больше его волновало другое. Инструкции в письме, которые не были выполнены. Медведя пугало то, что ничего нового. Никаких указаний, что делать теперь, там пока не появилось. Это не предвещало ничего хорошего, и какая-то часть Синельникова почти не сомневалась в том, что там так ничего и не появится. А вот к нему придут, с головного офиса, со всеми вытекающими....
Он выдвинул верхний ящик стола, посмотрел на лежащую там «беретту». Можно ее взять, и раз и навсегда решить все свои проблемы.
Медведь даже представил, как он берет прохладную рукоять, как упирает вороненый ствол себе в подбородок.... Одно движение указательного пальца и все. Ни забот, ни тревог!
Синельников с треском захлопнул ящик. Нет, не время, и еще раз посмотрел на письмо. Посмотрел и выдохнул сквозь плотно сжатые зубы.
Старые инструкции, связанные с похищением Проклятого, уже исчезли, а часть иероглифов превратились во вполне читаемую инструкцию.
Глава 16. В гостях у олигарха
Больше всего его сейчас злило то, что он не знал который час, да и узнать не имел никакой возможности. Проклятый вышел с изнанки на уже знакомый ему берег. Вышел в том месте, где земля соседствовала с песком, и трава начинала сдавать свои позиции, не в силах прорасти сквозь песок.
Выходить на полностью открытую поверхность не хотелось, на берегу были люди. Из невидимых ему колонок лилась какая-то современная музыка, и до Миши долетал неразборчивый гул голосов.
— Как же не вовремя вы сюда на пикник выбрались! — пробормотал он раздраженно.
Сейчас его план, выйти с изнанки и периодически звать девушку в надежде, что она его услышит, показался глупым и невыполнимым. Его тонкий писк не сможет справиться с этой какофонией голосов и музыки.
Некоторое время он просто стоял думая, что делать дальше. Захотелось вернуться на изнанку, в ее тишину и пустоту, побродить там до ночи, а вечером, встретиться в Солимбэ и договориться с девушкой о другом месте встречи.
Но он не поддался этой слабости. Миша был уверен что игра, которую начали против них, перешла в следующую стадию, и их и без того шаткое положение ухудшилось. Врагов было слишком много, они были лучше информированы и подготовлены. А значит незачем терять время, не стоит им сейчас разделяться.
Он начал прохаживаться взад вперед по краю травяного леса, периодически зовя девушку по имени. Раз часов у него не было, то он решил считать шаги, прикинув, что шаг он делает за секунду. Шестьдесят шагов влево, позвать девушку, шестьдесят шагов вправо, позвать девушку, через каждые десять повторов — грязно выругаться.
Так прошло двадцать минут, ну или около того. Он все-таки считал не так точно, как секундная стрелка. В какой-то момент после того, как Проклятый в очередной раз позвал девушку, над ним промелькнула тень, на миг закрывшая небо.
Мише понадобилось несколько секунд чтобы понять — над ним пролетел мяч, который затем упал в траву. И еще через пару секунд он понял, что вслед за мячом сейчас придет один из игроков, который конечно не заметит в его траве.
Время казалось, замедлилось. Вот он видит приближающуюся тень. Это молодой парень, голова которого повернута в сторону остальных и он что-то кричит друзьям. Вдруг руки Михаила сами, не ожидая приказа от неповоротливого мозга, вытаскивают флягу и опрокидывают ее над головой. Вот, почти сразу, перед ним открывается спасительная тьма изнанки, и он бросается туда за миг до того, как ничего не подозревающий пляжный волейболист пробежал по тому месту, где еще секунду назад стоял Проклятый.
— Как хорошо, — произнес он, — как же все-таки хорошо, что я ношу флягу в кармане штанов.
Он прислонился к каменной стене, и некоторое время просто стоял, собираясь с мыслями. Воды больше не осталось, поэтому случись что, повторить экстренный выход на изнанку он уже не сможет. Но и терять весь день ему не хотелось, а значит, придется рискнуть и вернуться на Землю.
Потом, вспоминая о случившемся, Миша не раз думал, что именно это, не особо значительное событие, стало той самой соломинкой, которая все-таки переломила хребет его терпения. Или последней каплей. Он стоял в бесконечном коридоре, слушал тишину и сжимал кулаки.
— Я вас достану, — шептал он, — еще не знаю как, но достану. И вы будете завидовать Филу, обещаю.