－Как скажете, моя леди. - Согласился я, понимая, что она сейчас чрезвычайно мягко высказалась, более того моя память не содержит имени женщины, которая на месте леди была столь корректна в высказываниях, а не устроила бы истерику с попытками пробить нам головы чем-нибудь из дорогой посуды. Ну, и конечно, нам с Паолосом было жутко интересно, о какой такой загадке говорила девушка.
После завтрака мы в полном молчании последовали за леди. Она, то к чему-то прислушивалась, замирала, словно выбирая кратчайший путь. Было чрезвычайно интересно наблюдать за ней. Временами казалось, что она видит только одной ей известный путь или слышит сокрытые от нас звуки. Мы двигались всё дальше в глубь помещений для прислуги и обслуживания замка. Леди остановилась перед странной обшарпанной дверью. Я даже не знал, что в моём замке такие есть! Я понимал, что мы находимся среди складских помещений, но вот что за помещение…
－Ваша Светлость, скажите рабы у Вас есть? - Вопрос девушки прозвучал, словно гром в ясном небе.
－Леди! Я категорически против рабства! - Я тут же вспылил, сильно оскорблённый такими словами.
－Да, леди, я лично сопровождал герцога в каждой его операции по борьбе с работорговцами. - Выступил в мою защиту Паолос.
－Тогда что за существо находится за этой дверью? - Девушка испытывающе посмотрела на нас.
Повисла долгая пауза. Мы с Паолосом в недоумении то пялились на дверь, то друг на друга, и совершенно не могли представить, что или кто там.
－Лорды видимо забыли, что год назад высвободили из плена сына разорившегося дворянина. Его тут спрятали, нарядив служанкой и оставив служить в качестве заведующей складом ковров. Я ещё ему платья подбирала. - Пришла нам на помощь вездесущая Брувис.
－Ох, да. Я и забыл о нём. Он должен был стать главным свидетелем по обвинению барона Млекоса. Но пока мы не можем выдвинуть обвинения. Политическая обстановка такая, что сейчас об этом речи быть не может. - Вспомнил я крайне печальную историю.
－Вы сейчас сказали, что выдрессированного раба привезли сюда, одели, дали должность и обязанности и забыли о нём? - Голос девушки был каким-то странно холодным, словно дрожащим от едва сдерживаемого гнева.
－Ну, мы же освободили его. Он больше не раб. - Паолос, как и я недоумевал, с чем связан был гнев девушки.
－Да, лучше бы Вы его убили! Это было бы в тысячу раз милосерднее! Брошенный выдрессированный раб не может позаботиться о себе! Сейчас он просто на грани безумия и истощения! Без приказа он даже есть не будет. - Девушка пылала гневом и яростью. - Выдрессированных нельзя так бросать!
Под напором леди мы с Паолосом опустили головы и даже сделали по шагу назад, словно нашкодившие мальчишки, перед рассерженным взрослым. Я совершенно не понимал что значит «выдрессированный», но чувствовал, что это что-то гнусное и противное.
－И что делать? - Я решил взять инициативу в свои руки.
－Пошли смотреть насколько всё плохо. Можно ли вообще что-то для него сделать. Хотя я бы даровала ему смерть. - Леди смягчилась и явно что-то решала для себя. - Но прежде сэр Паолос принесите листы чистой бумаги. Брувис нужно тёплое вино со специями. После того как войдём держитесь от меня на расстоянии, чтобы я ни делала и не говорила, молчать и ничем не привлекать внимания. Сразу скажу, там всё плохо. Так, что желающие похлюпать носом сначала выйдут и отойдут подальше.
Мы кивнули в знак того, что инструкции приняты и будут выполнены. Я жестом отослал Брувис и Паолоса выполнять поручения и замер в ожидании сигнала к началу действий. Я понимал, что совершенно не смыслю в рабах и уж в том, что с ними делать. Так, что командование оставил своей леди.
Леди казалось застыла статуей, смотря не мигающими совершенно черными глазами на дверь. Не переводя взгляда она кивнула и я открыл. В помещении была почти темень. Воздух был слегка затхлым, но теплым. Пахло старыми и новыми коврами. Никого не было видно. Я даже засомневался, что там кто-то есть живой. Девушка вышла на середину помещения, насколько это возможно, сделав мне знак держаться у двери. Дальше она достала ножны и громко хлопнула их кончиком по своему сапогу. На этот звук что-то в дальнем углу зашевелилось и зашуршало. Девушка громче хлопнула концом ножен о край сапога. Шуршание усилилось и что-то поползло к нам.
－Хозяин? - Голос был слабым, еле слышным. Я от неожиданности вздрогнул.
Вместо ответа девушка ещё раз хлопнула по сапогу ножнами.
－Хозяин! Игрушка уже идёт, хозяин. - Отозвался на этот звук всё тот же голос. Только в этот раз в нём чувствовалась надежда и даже радость. - Игрушка ещё пригодна, хозяин.