Мальчишка, а в этот момент лицо существа приобрело человеческие черты, обостряя худобу и пережитые страдания, сжался, закрыл глаза и опустил голову. Едва уловимое «Да.» скрутило моё сердце и пробило мозг душевной болью, словно я должен был пытать младенца.
－Ваша Светлость, в левую руку возьмите чашу, в правую руку листы. Да, вот так. И добро пожаловать в нескончаемый кошмар. - Голос леди был ледяной и бесстрастный.
Я уставился на листы в своей руке, на которых девушка начертила уже знакомые символы. Там начинала оживать история мальчика, его мучений и страданий. То, как он из веселого ребёнка обедневшего дворянина превратился в существо без имени с одной целью забавно дёргаться под пытками и изнасилованиями. Я не знаю, как всё это выдерживала леди, но к концу повествования, когда я наблюдал как умирающий с голоду мальчик боится подойти к тарелке с едой. Потому, что никто не сказал, что это его еда! Это ЕМУ еда! Как он сам у себя крадёт кусок хлеба озираясь по сторонам и шепчет, что хозяин будет недоволен, если игрушка сломается раньше времени. Я испытывал к себе отвращение не меньшее, чем к барону. Я проклинал себя, ведь мог же зайти, мог проверить, но не удосужился! Вот я сволочь!
－Ваша Светлость, игрушку нужно доставить в мои покои. - Голос леди вывел меня из созерцания документа, где мои злодеяния числились последним испытанием мальчика. Я вздрогнул.
－Да, моя леди. - Голос меня подвел и получилось очень глухо. Я отдал чашу и листы леди. Мальчик чрезвычайно скукожился, когда я наклонился над ним и взял на руки. Он был настолько легким, что я ещё раз оглядел, не потерял ли я что-то из частей его тела. Но нет, он весь был у меня на руках.
Мы прошли к покоям леди длинным, но безлюдным путём. В подготовленной Паолосом комнате нас ждал Паолос и Брувис. Больше свидетелей не было. Я опустил мальчика на приготовленные для него матрац.
－Отныне Игрушка находится тут! Это место Игрушки. - Девушка указала на матрац.
Мальчик тут же оживился. Увидел цепь, схватил пристёгнутый к нему ошейник и нацепил его себе на шею. Его глаза сияли счастьем. Игрушку не забыли, Игрушку нашли. А я от этого зрелища пришёл в ужас. Я меньше, чем Паолос, но пережил плен. Я физически не мог переносить вида оков, особенно на детях. Но понимал, сейчас я обязан держать себя в руках.
－Отстегнуть цепь! Сейчас еда. Потом крепкий долгий сон до моего прихода! Игрушка не может покидать комнату, но обязана по ней ходить. Отныне цепь - наказание. Игрушка будет посажена на цепь, только если нарушит приказ! - Все слова миледи мальчик тут же сопровождал действиями. Он плохо слушавшимися его пальцами отстегнул карабин, оставив ошейник. Схватил миску с едой и начал есть, не смея поднять на девушку взгляда.
Но когда он понял, что его снова оставят одного, то аж затрясся.
－Хозяйка, игрушка полна сил! Не уходите! - Это была мольба, не бросать в одиночестве. Пусть делает, что хочет, только не уходит.
－В соседней комнате мой рабочий кабинет, дверь сейчас не закрываю. Мгрушка ляжет на место и будет спать! Таков приказ. - Голос миледи был холоден и строг. Я восхитился её самообладанием. Ведь я бы уже заграбастал этого мальца на колени, чем сделал бы только хуже. Восстановить разум сложно. Мальчику ещё стоило узнать, что он человек, а не вещь.
Мы вышли из комнатушки, оставив, как и обещала леди, открытой дверь, и расположились в кабинете.
－Вернёмся к нашим делам. - Леди говорила нарочито громко и я не сразу понял, что она это делала, чтобы успокоить мальчика. Он не один, он слышит её голос, значит она рядом.
－Да, моя леди. Как Вы уже заметили кабинет почти закончили приводить в порядок. Но мне кажется тут не хватает нескольких деталей. - Поддержал я тему.
Скоро Паолос и Брувис, поняв для чего весь этот совершенно пустой разговор включились в беседу. Ещё минут через минут пять леди тихо подошла к двери, где оставила мальчика, и тихо её закрыла.
－Уснул? - Я не смог спрятать тревогу в голосе.
－Впервые за целый год он просто уснул. Хотя так и не лег на матрац. - Подтвердила леди и посмотрела на меня осуждающе.
－Мне нет прощения, но я действительно не знал, что он без приказа может умереть с голоду около еды! Я никогда с таким не сталкивался. Просто хотел спасти мальчика, единственного оставшегося в живых в том замке. - Я выплеснул то, что думал, и не ждал пощады.
Она кивнула своим мыслям, словно выбрасывая из головы лишнее. Она что не станет меня обвинять? Ни ярости, ни гнева?
－Сейчас это уже не важно. Скорректируем план и займемся насущным. Вносим в план поездки поход в аптеку, потом в ювелирный. Брувис, если мальчик проснется, то вот ему то, что он должен выполнить до моего приезда. Никакой жалости. Если он её почувствует, то это сильно все осложнит. Разговаривать он не будет. Приказ - выполнение. Сейчас нужно просто успокоить его. Дать то, к чему он готов. - Леди вздохнула и устало откинулась на спинку своего кресла. Ее лицо словно потухло и она погрузилась в свои чувства.