Мы с Паолосом ринулись к ней и с удивлением обнаружили, что кровь, которая брызнула в начале слишком быстро перестала течь. Рана стала затягиваться. Тут у меня пошёл откат. Нет, ну реально не удалось член мне оттяпать, так себе отрезала кусок пальца. И все так спокойно, так, мля мило! Меня понесло на отборные такие матюки. Я отскочил в сторону, чтобы успокоиться и взять себя в руки. Алуо нужно как-то остановить! Это добром не закончится! Это я аж печенью чувствовал. Вернулся я во время. Она только собиралась ускорить процесс отрастания новой фаланги. Не хватало мне, чтобы силу потратила! Не-е! Мне не хватало фляги, мозг взрывался. С большим трудом заставив часть своих мыслей уйти подальше, я встал на колени и только потом уселся на свои пятки. Да я мог это сделать иначе и сеть по другому, но я хотел, чтобы Алуо запомнила: я сам решаю когда я встаю на колени! Я нацелился донести до моей невесты мысль, что членовредительство - это не хорошо. И вот когда мне казалось, что я близок к успеху, она вдруг предложила раздробить мне член! Я резко воспротивился этому, ярко представляя, как она вытаскивает молоток. И даже плотнее сжал колени! Пусть, хотя бы сначала по ляжкам попадёт. Очень не охотно, но она согласилась этого не делать. Я уж было успокоился, как она выдала: "А с чего вы решили, что я буду дробить именно ваш половой орган?". Это что получается она по другим мужикам собралась молоточком постучать? Вот мне потом спасибо скажут!
Моя нервная система дала сбой и меня унесло от совершенно спокойной Алуо в сторону. Прийти в себя удалось не сразу. Видения Алуо с молоточком в руках, бегающей за мужиками и дробящей им члены никак не хотело покидать мой ошалевший мозг. Не, так не пойдёт! Нужно, как-то это исправлять. Я взял себя в руки и вернувшись к Алуо, снова уселся в туже позу, что был до этого. Об этом я понял с опозданием, когда столкнулся со взглядом Паолоса. Менять положение было поздно и я понадеялся на то, что Алуо сдержит обещание и не будет заниматься членовредительством. Пока я увещал её не трогать детородные органы мужчин я опасался за свой! Когда же стало очевидно, что моя невеста действительно больше не будет угрожать естественной гордости мужской части нашего мира, мы с Паолосом вздохнули с облегчением. Следующим вопросом встало то, что вообще мы прекрасно понимаем слово "кастрация" и нам совершенно не нужно это объяснять и демонстрировать наглядно. А то, что Алуо не угрожает, а предупреждает, мы так же уже неоднократно ощутили на своей шкуре.
В результате беседы выяснилось, что она просто не поняла, когда какие слова можно использовать! Твою медь! Мля! Я чуть не лишился члена только потому, что Алуо не поняла, когда какие слова можно произносить. Я закрыл лицо руками, пытаясь хоть как-то собрать мысли в кучу. Единственное, что я понял: Алуо не промахивается. Она попадает туда, куда метила. А значит она действительно не пыталась мне навредить, только предупредить. Что ж это меняет дело. Ладно, нужно попробовать сменить её отношение к моим драгоценным частям тела.
Я заставил себя отвлечься и настроиться на соблазнение. В конце, концов какая разница когда это произойдёт. Она все равно будет моей. А поняв все прелести и удовольствия, которые может принести ей моё естество уже не будет так бездумно ему угрожать. Мысль была хоть и не нова, но вдохновляющая. Я тут же перешёл к её воплощению. И даже задал вопрос о том, что она думает о моем обнажённом торсе. Моя память услужливо подсказывала мне фразы, услышанные мной в прошлом от совершенно разных женщин. То, что стоило снять рубашку и отбоя от стремящихся в мою кровать не будет, я знал не понаслышке. Меня будут брать с боем. Ну, сейчас в отношении к Алуо я был не против вот так повоевать.
Птица обломинго нагло насрав мне в душу лишила меня всех радужных воспоминаний и сладких предчувствий. То, что я услышал в ответ на мой вопрос было сродни помоям в харю! Резко, мерзко и унизительно! Я прервал поток анатомических перечислений особенностей моего тела, сыпавшийся из Алуо. И задал, как мне показалось очевидный вопрос. Ну, что я только мясо? Меня, что в суп готовят?
На простой вопрос, видит ли она во мне мужчину Алуо ухитрилась ответить странной фразой, которую мы с Паолосом, не сразу поняли из-за пары слов. Но когда она пояснила и смысл сказанного дошёл до нас, то Паолос заржал как конь, а я впал в прострацию. Получалось, что я, так старавшийся её соблазнить, оказался не возбуждён! А это уже бред, потому что мне достаточно было двусмысленно улыбнуться и поцеловать руку, или там слегка ослабить узел воротника рубашки, чтобы все соблазнялись сами! Я тут ради неё и усаживаюсь, и рубашку разорвал и мышцами играю, а она мне: "Он в покое!". Я что невидимый? Или может уже труп! Как можно не заметить? Хриплый голос, томный взгляд. И вот на тебе: в покое! Как вообще можно соблазнять не желая объект?! Это вообще возможно? Я завис. Тут Паолос не удержался и сообщил, что вот теперь я точно в покое! Ух, рожа! Ему хорошо, он то все это действо со стороны наблюдал. И только тут до меня дошло, она действительно не была ни разу с мужчиной. Ей действительно не видно того, что видит женщина. По какой-то причине она не знает куда и на что смотреть! К тому же Алуо обиделась. Я рыкнул на Паолоса и постарался успокоить девушку. Теперь мне льстило, что она лишена знаний, которые бывалая женщина обретала очень быстро. Да, и все ориентированные на брак девушки моего мира стремились в первую очередь в постель, через неё получая все то, что им было нужно. Поэтому они меня бы поняли, а вот Алуо не смогла.