Выбрать главу

- Вам плохо? – участливо спросила Рия. – Садитесь.

Она протянула руку, часть стены отъехала в сторону, открыв взору потайной шкаф, из которого пахнуло холодом. Рия взяла маленькую бутылочку и протянула её Воронину. Он недоумённо повертел её в руках.

- Пейте, - изумлённо смотрела на странного гостя Рия.

- Вы не дали мне стакана.

- Ах, извините! Мы к стаканам не приучены, из горлышка пьём. Не графья чай! – захихикала Рия. – Вы актёр?

- Отчего столь странное предположение?

- Ваша одежда. И причёска. В кино снимаетесь?

- Где? Простите, я немного не в себе сейчас.

Рия достала из ящика пластиковый стаканчик, отвинтила пробку, налила воду в стакан.

- Пейте.

Илларион жадно осушил стакан.

- Перебрали? – участливо спросила Рия, не особо ожидая услышать ответ. – Так что Вас привело ко мне?

- Мне срочно нужно связаться с профессором Гертнером, о котором Вы написали в своей статье.

- Зачем?

- Я попал сюда из девятнадцатого века и хотел бы вернуться назад, - насупил брови Илларион, понимая, как дико это, должно быть, звучит.

- Вы серьёзно?

- Вы принимаете меня за умалишённого?

Женщина неопределённо пожала плечами.

- Рассказывайте!

Воронин не заметил, как выложил Рии всю свою невообразимую историю. Она слушала его очень внимательно, не перебивая, пока он не закончил свой рассказ.

Глава 15

Рия открыла крышку старенького ноутбука и потыкала по клавишам.

- Как Вас зовут?

- Граф Воронин.

- Это я поняла. Как Ваше имя?

- Илларион Афанасьевич.

- В каком году Вы родились?

- В 1818.

- Как называется Ваше поместье?

- Усово.

- Как зовут вашу жену?

- Варвара.

- Странно, здесь написано Мария.

Повисла пауза. Женщина внимательно смотрела в экран, проверяя информацию.

- Да, верно. Варвара была.

Рия захлопнула крышку ноутбука и внимательно посмотрела в глаза Иллариона.

- Что же мне с Вами делать-то, Ваше сиятельство? Я написала профессору, попросила связаться со мной. Но Гертнер почему-то не перезванивает. Вам есть, где остановиться?

- Нет.

- Можно было бы в гостинице, но там без карты не поселят. А деньги у Вас есть?

- Нет. Это всё, - Илларион протянул на ладони имеющиеся монеты.

- Не густо, господин граф, - ухмыльнулась Рия. - Вот что. Сегодня переночуешь у меня, а завтра что-нибудь придумаем. Я устала сегодня, как собака. С четырёх утра на ногах. И есть хочу зверски.

- И я, - улыбнулся Илларион, которого очень подкупала детская непосредственность этой некрасивой женщины. – Вы поверили мне? Не считаете сумасшедшим?

- Нет. Если бы считала, охрана в два счёта выставила бы тебя на улицу. И не такие экземпляры приходили, - снова засмеялась Рия. – Прости. И давай на ты. Я не люблю «выкать». Я постараюсь тебе помочь. Один ты не справишься.

***

- Проходи. Не хоромы, конечно, но хоть на улице ночевать не придётся. Студия капсульного типа! - хихикнула Рия.

- Какая студия? – недоумённо переспросил Воронин.

- Капсульная. Ну, компактная значит, всё в одном месте. Вот, смотри. Это и спальня, и гостиная, и кухня. И всё на двенадцати квадратах. А тут санузел, тоже два в одном – туалет и душевая. Двадцать квадратов отдельного счастья, - снова ухмыльнулась Рия. – Но есть и плюсы. Коммуналка поменьше. Нет, я не жалуюсь. После соцпанса иметь что-то своё – это счастье.

- Осмелюсь спросить, что такое соцпанс?

- Соцпанс? Социальный пансион. Как говорили в старину – детдом, приют для сирот.

- Ты сирота?

- Ну да. Меня мамаша у двери больницы оставила. Не нужна я ей была, - грустно сказала Рия.

- Что ж за мать такая? Кукушка! – возмутился Илларион, страстно мечтавший о детях.

- Ага, точно! Мне и фамилию такую дали – Кукушкина, - снова хмыкнула Рия.

- Кукушка и ворон сбились в стаю, - засмеялся Илларион.

- О, в нашей стае будет ещё Беркут.

- А это кто?

- Мой друг, сосед. Мы вместе в соцпансе были.

- Твой жених?

- Нет, какой жених. Я - классическая старая дева. Был у меня кот, да и того уж нет.

– Слушай, я в маркет не зашла. У меня шаром покати. Чай есть, сахар есть. К Беркуту сгоняю. Не, пошли вместе. Тебя переодеть надо. А покупать новое – дорого. Возьмём у Беркута на время.

- Я не привык ходить в обносках, - надменно произнёс Илларион.

- Ну, извините, Ваше сиятельство, придётся потерпеть. У меня аванс только через четыре дня.