- Сейчас переведу.
Илларион с аппетитом поглощал сдобную лепёшку с грибами, ветчиной и расплавленным сыром, внимательно следя за разговором, происходившим за столом.
- Нравится пицца? – поинтересовалась Рия.
- Это не пицца. В юности я бывал в Неаполе и видел пиццу, которой пиццайоло торговали на улицах.
- Так нравится или нет? – переспросила Рия.
- Нравится, - буркнул Илларион, припомнив замечательные расстегаи, которые он обычно заказывал в ресторации.
- Тогда побыстрее доедай, и поехали вытрясать деньги из твоих потомков, - хмыкнула Рия, допивая кофе.
***
- Здравствуйте! Я звонила Вам, - улыбнулась Рия полному, лысоватому мужчине, открывшему дверь, оббитую зелёным дерматином. – Вы на самом деле потомок графа Воронина?
- Насколько я понял, Вы собираете информацию о моём пращуре. Так? Информация стоит денег, - вкрадчиво сказал мужчина, алчно глядя на визитёров.
- Мне жаль разочаровывать Вас, господин Воронин, но я полагала, что это Вас заинтересует информация о Вашем предке, графе Илларионе Афанасьевиче Воронине. Простите, что понапрасну побеспокоили Вас.
Выйдя из подъезда старенькой семнадцатиэтажки, Рия вызвала такси.
- Такие вот нравы царят в наше время: всё продаётся и покупается. Нет ничего святого, нет интереса к своим корням, - грустно сказала Рия, размышляя, по какому из адресов ехать дальше.
- Время здесь ни при чём. И в моём времени нравы не сильно отличаются от ваших. Ради денег многие готовы солгать, предать, оклеветать, - ответил граф, обнимая Рию за плечи. – Печально, что этот мужлан является моим потомком.
Глава 23
Рия и Илларион побывали ещё по трём адресам. Но никто из потомков денег своему пращуру давать не собирался. Воронину не поверили, приняв за вымогателя, и даже пригрозили заявить в полицию. Совершенно измученные длительными поездками по городу, жарой и духотой, они отправились по последнему адресу.
- Рия, это крайне неудачная затея. Меня все эти люди принимают за самозванца и мошенника. Не хватало ещё в тюрьму угодить!
- Успокойся, никто тебя в тюрьму не посадит. Ты же денег не сумел добыть. А раз нет денег, то нет и доказательств мошенничества.
- Но ежели кто-то напишет заявление в полицейский участок? Я не желаю, чтобы ты пострадала по моей вине.
- Полиция не примет заявление без доказательств.
- Это весьма странно. В обязанности полицейских входит поиск улик и сбор доказательств.
- Илларион, давай оставим в покое нашу доблестную полицию и подумаем, что нам делать дальше. Если Галина Александровна Воронина не располагает деньгами, то этот день мы с тобой потратили впустую. Кстати, дама весьма пожилая, 1990 года рождения. Она приходится тебе пра -пра - пра- правнучкой. Какой ты древний! – хихикнула Рия, теснее прижимаясь к Иллариону.
- А отчего у этой женщины фамилия Воронина? Это, должно быть, жена или вдова какого-то пра-правнука.
- Нет, старушка не замужем и никогда не была. Это точно твоя родственница.
Электромобиль остановился у старого дома на Поварской улице. Поднявшись на лифте на четвёртый этаж, Рия и Илларион позвонили в дверь. По ту сторону они услышали тихие шаги, которые замерли на какое-то время. Рия достала смарт и набрала номер. По ту сторону двери заиграла мелодия.
- Галина Александровна, я звонила Вам полчаса назад. Мы договорились о встрече…
Защёлкали замки, дверь приоткрылась. Цепкие глаза седой старушки недоверчиво смотрели на посетителей. Рия протянула карточку. Старушка вставила её в считывающее устройство и только после этого пропустила посетителей в квартиру.
- Вы не обижайтесь, сейчас много мошенников ходит. Надо проявлять бдительность. Проходите в комнату, будем чай с пирогом пить.
Усадив гостей за стол и налив в чашки ароматного чаю, старушка принесла портрет … Иллариона. Это определённо был он, правда, чуть старше.
- Это мой предок, граф Воронин. Просто не верится, что я вижу Вас здесь … и совсем молодым. А вот это, графиня Воронина, - старушка достала из деревянной шкатулки эмалевую миниатюру с изображением молодой женщины.
Рия скользнула по портрету неприязненным взглядом. Ей совсем не понравилось лицо женщины, изображённой на миниатюре. Илларион заметил реакцию Рии и улыбнулся:
- Это матушка моя, графиня Воронина.
- Да-да. Это Марфа Алексеевна Воронина, в девичестве Коптева. Сестра Алексея Алексеевича Коптева, поэта и прозаика, - с гордостью пояснила старушка. – Может быть, Вам разыскать потомков Коптевых? Всё-таки родня … Я ведь ничем не смогу помочь Вам, Илларион Афанасьевич. Денег у меня нет. Велика ли пенсия учительницы начальных классов? А из всех реликвий только эти два портрета и сохранились. Мне жаль расставаться с ними, но ведь их можно продать и выручить немалые деньги. Возьмите. Рия взяла портреты, решив прибегнуть к их продаже в самом крайнем случае. Лишать одинокую старую женщину последнего было неправильно. Оба они, и Рия, и Илларион чувствовали неловкость, отбирая у пенсионерки последнее.