***
Валерий выпил чаю, поблагодарил Марфу Алексеевну за гостеприимство и попросил передать письмо сыну, когда тот вернётся. Графиня Воронина велела заложить коляску и отвезти Мешкова до почтовой станции.
Добравшись до уездного города, Валерий тотчас отправился к становому приставу.
- Чем могу быть полезен, сударь? – недовольно оторвал глаза от газеты Чепышев.
- Надворный советник Мешков. Прибыл из Петербурга для расследования факта необоснованного заключения под стражу графини Ворониной. Наверху, - Мешков многозначительно поднял вверх указательный палец правой руки, - весьма недовольны самоуправством в отношении сей благородной особы. Отец графини, князь Шаховской, обратился за помощью к самому Государю императору, добившись личной аудиенции.
Мешков умышленно сразу пошёл в наступление, не давая противнику опомниться. Только внезапная атака застигнутого врасплох пристава могла принести должный результат, ведь никаких бумаг, подтверждающих приписанные себе полномочия, у Валерия не было. Он заметил, как кровь отхлынула от лица Чепышева, руки суетливо принялись перебирать письменные принадлежности.
- Ваше высокоблагородие, смею заверить, что все положенные процедуры были соблюдены. Опознание трупа проведено по форме, расследование на месте подкреплено свидетельскими показаниями. Протоколы допросов обвиняемой также приобщены к делу и переданы в Москву.
В Москву. Это весьма осложняло освобождение Алины. Одно дело нахрапом ворваться в кабинет станового пристава и совсем другое попасть в Бутырскую крепость. Если, конечно, ещё не состоялся суд, и Алину не отправили по этапу. Бедная девочка! Сколько же ей довелось вынести!
- Соблаговолите предоставить мне копии заявлений, протоколов и прочих материалов, касаемых данного дела. Смею заметить, что дело графини Воронцовой находится на особом контроле у министра внутренних дел, графа Перовского, - Мешков буравил глазами перепуганного пристава, нервно подёргивавшего рыжий ус. – Да, ещё вот что. Ежели желаете избежать неприятностей, соблаговолите написать судебному приставу, который ведёт интересующее нас дело, что появились новые обстоятельства, которые надобно учесть.
- Что Вы имеете в виду? Какие обстоятельства?
- Граф Воронин жив. В усовском пруду выловлен не его труп. Я лично встречался с графом. Надеюсь, Вы понимаете, какое наказание грозит Вам за халатность? Я уверен, что у Вас, господин Чепышев, не было злого умысла, поэтому готов помочь Вам, передав это письмо судебному дознавателю. На днях я возвращаюсь в Москву.
Через три часа, аккуратно переписав все документы и получив письмо станового пристава, Валерий отправился в Москву. Он понимал, что нельзя терять ни минуты. Если суд состоится, то помочь Алине будет очень и очень непросто. Сейчас Валерия больше всего волновал вопрос, сможет ли он проникнуть в Бутырскую крепость, имея на руках лишь письмо от станового пристава да фальшивые документы надворного советника?
Глава 29
Путь до Москвы был неблизкий. Трясясь в почтовой карете, Валерий размышлял, как лучше поступить. Старая графиня Воронина, по его просьбе, собственноручно написала записку для судебного пристава, в которой покаялась в совершённой ошибке. Она поведала в ней, что получила от сына письмо из Москвы, которое было отправлено уже после того, как был выловлен труп. Получить письменное признания графини было непросто. Валерию пришлось взывать к совести пожилой дамы, увещевать её, что хоронить постороннего человека на семейном кладбище под видом собственного сына было кощунством. Марфа Алексеевна, будучи дамой не из робких, лишь пожала плечами. Дескать, так вышло. Сначала солгала со злости, потом идти на попятную было поздно. Полиция ведь это просто так не оставит, призовёт к ответу, несмотря на пожилой возраст. Мешков заверил, что ответственности Марфе Алексеевне, скорее всего, удастся избежать, если сослаться на слабое зрение. Валерий заверил, что придаст гласности записку графини лишь в самом крайнем случае. Ему не хотелось подставлять под удар мать Иллариона. Графиня Воронина дала Мешкову и адрес князя Шаховского, отца Варвары, помощь которого могла потребоваться для освобождения Алины.