Выбрать главу

Алина выглянула в окно. По дорожкам всё так же бродили зомби в синих костюмах. Похоже, не выпускать Кирилл решил только её. А может быть, он закрыл дверь по ошибке? Девушка подошла к двери, подёргала ручку, чтобы привлечь внимание персонала. Алина присела на корточки и заглянула в замочную скважину. В конце коридора она увидела Кирилла, держащего в руках смарт. Парень набрал номер и поднёс трубку к уху. Вот, значит, как! Правилами запрещены звонки из клиники! От злости пальцы Алины сжались в кулаки.

***

Рия не спала всю ночь. В шесть утра она позвонила в дверь Тама. Заспанный парень, накинув халат, открыл дверь.

- Ты на часы смотрела? Я мог бы ещё полчаса поспать, - недовольно произнёс парень, широко зевая. – Заходи. Только тихо, Лею не разбуди. Она с работы пришла после полуночи. Что стряслось?

- Там, мне передали письмо от Иллариона. Он зовёт меня к себе.

- А ты?

- Я хочу быть с ним.

- Где же ты деньги возьмёшь? Мы всё из знакомых вытрясли, когда Воронина твоего назад отправляли.

- Илларион передал драгоценности. Их можно продать.

- Ого! Покажешь?

- Я сама ещё не видела. Мешков ничего не передал.

- Интересно! Слушай, мать, а он, часом, не присвоил их? Старинные украшения немало стоят. Поезжай-ка к нему и вытрясай, что тебе по праву принадлежит. А не отдаст, тогда я ребят своих подключу.

Глава 38

Повидавшись с матерью, граф Воронин вернулся в город. Ему надлежало явиться к уездному предводителю дворянства, чтобы объяснить своё длительное отсутствие на службе. Следовало навестить и Лидию Аргамакову, чтобы подробнее разузнать о побеге Варвары. Илларион понимал, что бракоразводный процесс будет длительным. Тем не менее, он был полон решимости навсегда порвать с этой женщиной, которую безумно любил ещё недавно. Сейчас Илларион отчётливо понимал, что то чувство, которое он испытывал к жене, было лишь пылкой влюблённостью. По сути, он совсем не знал Варвару, которая беззастенчиво обманывала его. Илларион не чувствовал сейчас сожаления о том, что его надежды на счастливый брак рухнули и даже был рад, что супруга так и не родила ему наследника. После знакомства с Рией у него словно пелена упала с глаз. Теперь он точно знал, с какой женщиной хотел бы пройти рука об руку по жизни. Возможно, матушка права. После развода надо будет подумать о повторной женитьбе. Найти женщину, столь же добрую, чуткую и любящую, как Рия. Машенька! Второй такой на свете нет. Как же жестока судьба, поманившая его неземным блаженством и тут же захлопнувшая дверь в счастливую жизнь! Но надобно жить дальше. Взять себя в руки, испросить отпуск, чтобы подать прошение о разводе в Святейший Синод, и съездить в Неаполь за Варварой.

***

Алина подошла к окну. Следовало подумать, как выбраться из этой западни. Парк, разбитый перед домом, был окружён густым сосновым бором. Там, за лесополосой, скорее всего, находится двухметровый бетонный забор. Хорошо, если без колючей проволоки. Разумеется, в заборе есть ворота, через которые на территорию клиники въезжают машины. И, несомненно, есть охрана. Даже если это роботы, все передвижения наверняка фиксируются камерами, соединёнными с центральным пультом охраны. Побег из закрытого учреждения невозможен. Но делать-то что-то надо! Раз у Кирилла есть смарт, надо каким-то образом воспользоваться им. Только вот как? Если устроить скандал с требованием выпустить из психушки, то будет только хуже. Смирительная рубаха, волшебный укол – и всё, она превратится в послушную куклу, с которой можно будет делать, что заблагорассудится. Нет, надо действовать хитрее. Кирилл явно запал на неё. Надо этим воспользоваться.

Прошло три часа. Алина металась по комнате, как тигр в клетке. От невесёлых дум разболелась голова. Щёлкнул замок. На пороге появился улыбающийся Кирилл.

- Слава Богу, это ты! Кирилл, куда же ты пропал?

- У меня возникло неотложное дело. Доставили партию препаратов, надо было принять и зарегистрировать. У нас строгая отчётность.

- Да, я понимаю, ты на работе. Но мне показалось … что я понравилась тебе. Я думала … - Алина распахнула глаза и захлопала пушистыми ресницами.

- И о чём? – глаза доктора потемнели.