Психофизия — надежды и опасности,
автор неизвестен,
остаточная расшифровка статьи из Галактической сети
Уже наступала ночь, когда Ее Высочество княгиня Вивьет Натриум Гатларк решила отправиться вглубь Сумрачного леса.
Лес располагался сразу за Пустошами, окружавшими средневековую столицу Гатларка, и местные жители утверждали, что после наступления темноты туда ходят только безумцы. Во время древнего терраформирования Сумрачный лес, как и некоторые другие места, якобы сопротивлялся этому процессу, и хотя атмосфера планеты приспособилась к потребностям человека, деревья леса остались такими же, как были когда-то, — толстыми, черными и скрюченными, тянущимися грибовидными протуберанцами к далеким звездам.
Входить в этот черный лабиринт казалось настоящим безумием, тем более что в Сумрачном лесу нельзя было рассчитывать на спутники или астролокационные приборы — электронное оборудование, и так редко используемое гатларцами, начинало выходить из строя, а выжившие после терраформирования ксеноморфы, населяющие лес, не всегда были благосклонны. Однако то, что княгиня намеревалась сделать, требовало войти в лес — и войти в него в одиночку, ночью, когда Гатларк освещали только две его луны, Гморк и Ворон.
Когда лазурный свет Гморка смешался с серебром Ворона, Вивьет взяла сверток и тихо вышла из своих покоев, заблокировав их геносчитывателем. Старый замок Гатларка уже засыпал — умолкли суета, шаги и гул старых приборов, собранных в стенах во времена самого князя Криспина Мартена Гатларка. Даже лампы, освещавшие коридор, погасли, и княгиня достала из складок платья маленький магнитный гравитационный шарик, который завис возле нее, словно бродячая фея.
— Тише, — прошептала она свертку, но маленький Нат не собирался плакать. Он просто смотрел на нее широко открытыми глазами. Вивьет улыбнулась и поцеловала ребенка.
Она направилась к лестнице, ведущей на нижние уровни замка — туда, где находились антигравитационные скутеры и «Шепот», ее личный планолет, напоминающий нечто среднее между водной баржей и антигравитационной платформой. Однако в этот раз она собиралась использовать обычный скутер — путешествие должно было остаться незаметным и тихим, чтобы охрана мастера Сепена не заметила ее. За ней и так следили днем — князь Ибсен зашел даже так далеко, что нанял стражу, ходившую шаг в шаг за ней.
Он беспокоится, подумала она. И действительно, несмотря на то что с момента родов прошло много времени, она все еще была слаба. Медицинский анализ не выявил никаких проблем со здоровьем, но княгиня чувствовала, будто что-то уходит из нее, словно роды лишили ее всех сил. Еще хуже, она перестала эффективно общаться с персональю — как своей, так и ребенка. Этот вопрос можно было бы уладить, и Ибсен, не желая подвергать жену и ребенка риску глубинного путешествия, уже вызвал для этой цели Клан Науки, но медицинские специалисты из-за пределов системы должны были прибыть в Приграничное княжество не раньше чем через несколько недель.
У нее не было столько времени. Ей нужно было знать.
Она выбрала один из обычных скутеров для слуг и активировала его с помощью геноридера князя. Поместив Ната в небольшую корзину устройства, она включила зажигание и позволила машине вылететь из ангара Бейли почти на холостом ходу. Только проехав через ворота и выскользнув на городские улицы, она включила фары и ускорилась — направилась к Северным воротам и далекой Пустоши.
Она покинула извилистые, мощеные улицы Гатларка всего через сорок минут езды. Планетарная столица не была маленькой, но она определенно была слабо механизирована — не считая Вивьет, по улицам курсировало всего дюжина или около того антигравитационных устройств. Жители, готовящиеся к ночному отдыху, предпочитали передвигаться на телегах, ходунках, ходоках или тритераках — массивных, медлительных тягловых животных.
Северные ворота казались пустыми — в городе не выставляли стражу со времен короткой и бесславной войны с претендентом на княжеский титул Ксибусом. Княгиня беспрепятственно выехала на дорогу и сразу же включила автопилот. При обычных обстоятельствах она бы, наверное, сама контролировала управление машиной — но сейчас слишком устала. Поэтому держала руки на руле и, время от времени поглядывая на Ната, боролась с нарастающей сонливостью.