Посреди комнаты висела Матрица Элохимов.
Обнаженная и полностью андрогинная. Большая часть ее тела была покрыта инъекторами и трубками, протиснутыми в отверстия в теле, образовавшиеся в результате генотрансформации. Она висела на них, как марионетка на ниточках.
Слабо двигалась, и каждое движение вызывало вокруг серию непонятных узоров. Не голограммы, убедилась Кирк. Микроскопические частицы были похожи на наномашины, освещающие Матрицу снопами красного света и испускающие череду файловых всплесков.
Поток, поняла Блум. Поток, заключенный в оболочку. Физическое воплощение программы.
Зерно Элохимов.
— Она не говорит, — огляделась, но голос не исходил из какого-то конкретного места. Казалось, он звучал отовсюду. — Я буду переводить.
— Кто… — начала она, но в тот же момент прямо перед Матрицей материализовалось голо. Маленький расплывчатый силуэт.
Лицо продолжало тасоваться, физиономия напоминала размытое пятно, наконец остановившись на изображении, вероятно, скопированном с Потока: лицо Персеи Блум.
— Может такое? — спросил кастрированный ИИ крейсера «Ом».
— Нет, — прошептала Кирк. — Убери его.
— Ты уверена, Кирк Блум?
— Убери. Немедленно.
— Хорошо, — согласился ИИ. Лицо снова начало тасоваться. — Кто же тебе нужен?
— Никто.
— Хорошо. В таком случае… — На смену выцветшему подобию матери Кирк пришла гладкая поверхность лица без глаз, со слабыми очертаниями носа и рта, — это и есть «ничто». Тебе это подходит?
— Да, — скривилась Кирк. — Как мне к тебе обращаться?
— Я Ом, — пояснил ИИ. — Обычно я контролирую отдельные системы этого крейсера, но также являюсь частью внутреннего потока Элохимов. В настоящее время я использую подпрограмму перцептивно-трансляционного анализатора, разработанную еще в Старой Империи.
— Перцептивно-трансляционный?
— Секта предполагает, что придет время, когда она станет естественным связующим звеном между человечеством и Теми, Кто, как ты уже знаешь, Вернулись. Подпрограмма называется «Завет», что также является ключевым словом для Элохимов. Я использую эту подпрограмму, чтобы донести до тебя вопросы Матрицы и перевести твои ответы. Понятно ли это тебе?
— Да.
— Хорошо. Вот первый вопрос Матрицы: как ты выполнила уничтожение истребителей типа серафим возле глубинной искры с каталожным названием «Живое серебро»?
Кирк задержала дыхание.
— Сначала я хочу получить информацию о своем коте, корабле, человеке по спецификации Тартус Фим и… — она замешкалась на секунду, чтобы закончить: — О той маленькой Элохим, которая была с нами.
— Корабль «Темный кристалл» находится в ангаре «Ома», как и существо по названию кот на его борту, — немедленно ответил ИИ. — Тартус Фим находится в уединенном месте, но его жизни ничего не угрожает. Элохим вернулась в структуру. Удовлетворяет ли тебя этот ответ?
— Не совсем. Мы прыгнули сквозь Глубину? Если мой кот в то время был на «Темном кристалле» и не в стазисе…
— В этом не было необходимости, — объявила Ом. — Судя по имеющимся у нас данным, кошачьей породе никогда не требовался стазис в прыжках через Глубину. Мы знаем это из исторических данных, содержащихся в Гаклактической сети. Кошки — одни из немногих существ, которые не страдают от побочных эффектов Глубины. Если ранее их вводили в стазис, то в этом не было необходимости. Устраивает ли тебя такой ответ?
Генохакер пожала плечами.
— Допустим, — пробормотала она. Факт, Гам наверняка когда-то упоминал об этом свойстве кота, но это не означало, что элохим говорили ей правду.
— Поэтому я повторяю вопрос. Как ты добилась уничтожения истребителей типа серафим в окрестностях глубинной искры с каталожным названием «Живое серебро»?
— Ну, это просто, — начала Кирк, оторвав взгляд от голоэмиссии и посмотрев прямо на парящую Матрицу. — Тебе нужно более глубокое или простое объяснение?
— Давай сосредоточимся на объяснении, которое ты назвала «более глубоким».
Блум закрыла глаза. Они все равно убьют тебя, подумала она. Лучше бы они сделали это быстро.