— Согласие, — простонал он в какой-то момент, — должно знать об этом!
— Согласие уже знает, — отрезал Ибсен. — Мы выпустили глубинные зонды к ближайшим аванпостам Триумвирата.
— Так почему же они не прибывают! — бушевал Исемин. — О чем они только думают…!
— Они не прибывают, потому что мы — Приграничные княжества, Ваше Высочество, — вежливо отозвался один из адмиралов. — Мы официально не принадлежим Согласию, в отличие от Внутренних систем.
— Что за чушь! Мы платим налоги… Мы уважаем законы…
— И пользуемся всевозможными поблажками, характерными для неофициальных системных колоний, — заметил Ибсен, склонившись над столом, который был покрыт густыми красными пятнами вражеских сил. — Нет, принц. Согласие не придет. Но оно будет тщательно анализировать все, что мы ему передадим. Сейчас наша задача — продержаться как можно дольше и эвакуировать как можно больше мирных жителей к ближайшей глубинной дыре.
— Вы говорите так, будто все потеряно! — воскликнул Ранхофф, забыв про недавно одобренную браком форму «отец». Но князь Ибсен Сектам Гатларк, Повелитель Упорядоченного, Отец Рода и Покоритель Зеленой Жемчужины, не ответил.
За него ответили дрожь земли и внезапное появление трещин на стенах замка: знак того, что инопланетяне высадились и начали планетарное вторжение.
***
«Память крови», древний флагманский крейсер семьи Гатларк, погиб первым.
Находившаяся на его борту капитан Ханна Рустерк в ужасе наблюдала через неостекло за расцветающим в космосе глубинным эхом, выплевывающим таинственную флотилию. Незадолго до атаки, еще в разгар суматошной группировки гатларских сил, находящихся на внутри- и внесистемном патрулировании, капитан «Памяти» — как и другие командиры оборонительного флота — попыталась проанализировать приближающиеся корабли. Однако кастрированные ИИ выдавали неточные данные о тоннаже, и беглый анализ показал, что корабли размером с крейсер, фрегат или прыгун — и даже маленькие, похожие на дронов зонды чужих сил — на самом деле были частью единого целого, которое трансформировалось и менялось на глазах капитанов. Небольшие «квазиистребители» внезапно прикреплялись к «фрегатам», а «фрегаты» прикреплялись друг к другу в виде некой неоформленной цепочки. Однако этим дело не ограничилось.
Вокруг можно было увидеть корабли, которые плавали в пространстве, как слегка полупрозрачные мумии, напоминающие живые организмы, и другие, что были похожи на собранные из железа бесплотные обломки, испускающие облака пара, быстро застывающие в небе. В этой чудовищной картине трудно было определить, какие корабли представляют угрозу, а какие на самом деле являются лишь транспортами, предназначенными для посадки на планету. Вокруг этого хаоса кружили пухленькие, проворные, но маленькие кораблики, которые первыми попытались прорваться сквозь магнитные поля гатларских кораблей.
— Поприветствуем их… — прошептала Рустерк. — Пусть они заговорят…
— Они не отвечают, — доложил ее заместитель, первый пилот «Памяти крови» Карком Гатларк, один из дальних кузенов княжеской семьи. — Только одно и то же повторяющееся сообщение на машинном языке.
— Включи. Может быть, что-то получится…
— КОНСЕНСУС — прогремело в крейсере странным человеческим и в то же время чужим голосом. — МИР. КОНСЕНСУС. МИР.
— Мир — с надеждой произнес Карком. — Они говорят о мире.
— Тогда почему они стреляют? — спросила капитан «Памяти».
— Понятия не имею… может, это какое-то… недоразумение?
— Неостекло! — приказала Рустерк, и в огромном иллюминаторе крейсера вспыхнуло крупным планом карта ситуации.
На ней вражеский флот предстал в виде слегка дрожащей, длинной линии фронта на фоне лазурных, сбивчивых отголосков. Маленькие, оторванные друг от друга точки, похожие на «пухлые шарики», были ракетами, летящими в сторону гатларцев, или, точнее, чем-то, напоминающим ракеты. Силы гатларцев отчаянно пытались встать в строй, образуя нечто вроде трехмерного заграждения, защищающего доступ к планете.
Кастрированный ИИ поспешно разделил это скопление на группы, центральным элементом которых стал командирский корабль — фрегат или эсминец. Так было быстро создано командное древо, кульминацией которого стали три вида крейсеров с «Памятью крови» во главе и планетарным командным центром на самой планете. Но ситуация, которая еще минуту назад была статичной, внезапно перестала быть таковой.