— Ток! — крикнул Хат и переключил рукоятку запуска.
Снова полыхнуло — бордовые, пульсирующие нити коснулись его кораблей, добавляя дополнительную гравитационную силу, как будто «Папа» был маленькой черной дырой.
Потребовалось всего четыре секунды, чтобы первое яйцо взорвалось. Пространство внутри сферы задрожало, сплющилось, попав в фазовую связь, открытую старыми имперскими учеными, и сфера рухнула сама в себя, уничтожив несколько вражеских истребителей. Связанные током истребители в это время совершили изящное уклонение, воспользовавшись внезапным увеличением гравитации, как побочным эффектом фазовой технологии.
Однако никто не кричал и не торжествовал, а сам Хат лишь чувствовал кровь во рту. Почему? Антигравитоны работали как надо, гравитация внутри «Папы» если и увеличивалась, то незначительно… Через мгновение он понял: прикусил губу. И у него было ощущение, что этим дело не ограничится.
— Мы сделали это, — объявила Карен.
— Да, — согласился Креон. — Получили свое, напастные ублюдки! И за «Память крови»!
Никто не добавил, что на фоне всего вражеского флота это была довольно скромная победа.
***
Луизу Ханхофф Гатларк ее собственные броненосцы называли Суровой Леди. В ней было мало от аристократии — кровь Гатларка разбавлена забытыми связями. Тем не менее Леди с гордостью носила родовое имя, как и подобает Гатларкам.
Как бы то ни было, к ней всегда относились с должным уважением — семья Гатларк благосклонно смотрела на родственников, решивших сделать военную карьеру. Но должность главнокомандующего броневойсками, подчиняющегося только планетарному командному войсковому центру, Луиза получила не благодаря связям. Она пробивала себе путь к вершине в одиночку, и отличившиеся броненосцы до сих пор вспоминают операцию «Сюрприз», во время которой Ханхофф руководила высадкой на спорную пограничную планету под названием Сибил, расположенную прямо на границе влияния Гатларка и Исемина.
Глядя на ситуационную голограмму в наспех созданном Четвертом Причале, менее чем в километре от столицы, Суровая Леди отключила звук персонали, полной яростными, порой истеричными посланиями. Нехорошо будет выглядеть, если генерал начнет отвечать голосом умирающим или перепуганным людям. В конце концов, сообщения доходили до нее как эхо: далекие гибнущие призраки с отдельных аванпостов, наспех развернутых во многих стратегических точках планеты.
— Они знают, где находится столица, Леди, — осмелился заговорить один из молодых полковников с круглыми глазами. — На нас идет основная масса.
— А другие места?
— КДП утверждает, что это наступательная стратегия. У них хороший обзор со спутников… Из тех, что выжили.
— То, что они сделали с Примом, не похоже на наступление.
— Но, в конце концов, они потеряли свои собственные транспорты! Они даже не высадились там. Они просто сели этими… кораблями на здания!
— Креос? Рыбный залив?
— КДП считает, что атакуют каждую агломерацию, не отдавая предпочтения какому-либо направлению атаки. Это какой-то хаос, Леди.
— Так покажи мне, что на нас надвигается.
Полковник кивнул, и маленький, перепуганный голокомпьютерщик ввел в портативную консоль десяток команд. Внезапно они увидели Гатларк — древнюю столицу, похожую на белый, раскрошившийся торт, возвышающийся за Пустошами, и лежащие вокруг него маленькие скопления поселений, зажатые между долинами. Затем изображение немного уменьшилось, и они увидели чудовищные транспортные корабли, похожие на бактерии, спускающиеся к планете, изрыгающие странные ленивые зеленоватые потоки чернеющих лучей и кишащие проворными пухляшами.
Те из вражеских кораблей, которые уже приземлились, лопались — но это было медленное, заторможенное раскрытие, похожее на какой-то таинственный процесс распада. А затем, словно паразиты, вырвавшиеся из внутренностей мертвого тела, появились вражеские наземные части — настоящее скопление трудноописуемых форм, не похожих ни на гуманоидов, ни на машины, ни на животных. У защитников было слишком мало данных, и трудно было полагаться на размеры, которые варьировались от карликовых до огромных, медленно движущихся клубней странной бактериальной формы.
— Стратегия будет простой, — начала Луиза Ханхофф. — По возможности ведите огонь с орбиты, если там что-то уцелело. Затем артиллерия. Все должно работать, включая старые-добрые имперские пусковые установки. Одновременно формируем заградительную линию здесь, — она провела пальцем по голоизображению, — и здесь. Что касается щитов… Пустоши — это молотилка, поэтому начинайте копать. Окопы — это ваше дело, полковник Таймс.