Он не мог забыть ее.
Она стала частью его самого. Он засыпал, вспоминая ее лицо, а просыпался все еще с ней перед глазами. Иногда он представлял, как душит ее: медленно, испытывая почти разочарование, когда заканчивал работу и смотрел на ее труп. Иногда ему снился сон, в котором Хакл стояла перед ним беззащитная, а он срывал с нее одежду, чтобы поступить так, как должен поступать мужчина с непокорной женщиной. Тогда он просыпался весь в поту, на грани ледяного беспокойства.
Он написал ей характеристику. Ушедшие… после того как она расправилась с ним, он написал ей прекрасную рекомендацию, гарантирующую карьеру в частном секторе! Он до сих пор не мог в это поверить. Он должен был убить ее, но написал ей хвалебный гимн…!
Было очевидно, что она загипнотизировала его.
Или она его удивила, вот и все. Разбила ему голову тяжелой бутылкой, а потом избила, воспользовавшись его оцепенением. Ее следует предать полевому суду за это… но тогда он признал бы, что его избила женщина, а это не укладывалось у него в голове. Он должен был разобраться во всем сам. О да. Он должен был сам выжать из нее жизнь: кровавую каплю за кровавой каплей. Превратить ее лицо в мякоть. Уничтожить ее и ранить так же глубоко, как она ранила его.
Хакл, однако, ушла. Она все еще была на шаг впереди него. Ускользала от него, прыгая по частным контрактам. Скрытно оплаченные люди сообщали Токкате о нескольких ее работах и в конце концов уведомили о ее зарегистрированном потоковом контракте, который она подписала с неким Миртоном Грюнвальдом. Это был уже не лайнер ТрансЛинии, не корабль Научного Клана и не прыгун Пограничной Стражи, а частный транспортный и торговый прыгун. Скачущий тут и там по системам Выжженной Галактики. Такой крайне сложно отследить.
Когда эта информация дошла до него, Бат напился и приказал доставить шаттл к Лютне, планете, ранее известной как Кеплер 442B, над которой в данный момент находился «Хармидра». Менее чем в 450 световых годах от Терры Лютня была одним из первых терраформированных имперских миров в созвездии Лютни, до которого добрался недавно открытый глубинный привод. Кеплер 442B находился в так называемой зоне обитаемости, обладая благоприятными условиями, классифицирующими его как «эдем» — пригодный для жизни мир, где практически не требуется терраформирование. Чудом не разрушенная машинами Лютня, принадлежавшая Внутренним мирам, в любом случае предлагала множество интересных развлечений, и Токката быстро доставил себя в один из планетарных генолунапариев.
Там он заказал копию Эрин Хакл и, когда проститутка провела над собой правильную, законную генотрансформацию, начал бить ее, и избивал так долго, что пришлось вызывать охрану. Дело замяли, во многом благодаря солидной сумме джедов, а момент удовлетворения — каким бы значительным он ни был — улетучился так же быстро, как и появился.
Ничто и никто не мог заменить Эрин.
Неудивительно, что, узнав обо этом деле от старого приятеля — Тафта Хамара, которого хорошо помнил по былым пьянкам в Космической академии, а затем и в Академии управления, — он решил, что должен сделать все возможное, чтобы втиснуться в эту операцию.
Высокопоставленный военный представитель Федерации болтал с Батом о создании Кооперативного Флота за случайным стаканчиком в орбитальном баре где-то на окраине Рукава Стрельца. Токката слушал со сдержанным интересом, пока речь не зашла о корабле Грюнвальда. В ту же секунду он протрезвел, будто кто-то вылил ему на голову ведро ледяной воды. Слегка дрожащей рукой он отставил алкоголь, извинился перед уже сильно опьяневшим Хамаром и бросился в душ в орбитальном баре, где сунул голову под холодную воду.
Грюнвальд. «Лента». Чертова Эрин Хакл.
Он не мог поверить в собственную удачу.
Если корабль Грюнвальда представлял интерес для всего Согласия, причем достаточный, чтобы сформировать К-флот, то Хакл была обречена. Рано или поздно они доберутся до нее и просканируют. Они узнают о его унижении… но сейчас его это не волновало. Самым важным было заполучить ее в свои руки. Насколько он понял, важнее всего была не она, а этот прыгун, перевозящий какие-то технические планы или другую контрабанду. Тот факт, что в этом был замешан Триумвират, Клан, Жатва и даже Стрипсы, наводил на мысль о каком-то более серьезном дипломатическом конфликте. Это также означало, что перехваченную Эрин будут охранять как зеницу ока. Да, — признал он, все еще держа голову под душем, — это единственный минус. Вот почему я должен первым поймать эту сучку.