В любом случае флот, признал Стоун, был абсурдно велик. Однако, если учесть, что он состоял из сил Триумвирата, отдельные Рукава демонстрировали военную мощь, совершенно несоразмерную ситуации. На этом фоне Контролю пришлось включить в состав миссии современную «Пропорцию» — одну из своих жемчужин. Таким образом, перефразируя средневековую пословицу, вместо кошки для поимки маленькой мышки был использован тигр на стероидах.
Но больше всего Стоуна удивило не это, а эсминец, который присоединился к акции по специальной просьбе некоего Тафта Хамара, одного из высших военных чиновников Федерации. Когда акция достигла стадии формирования флота, Тафт, как и несколько других высокопоставленных офицеров Согласия, получил доступ — правда, в усеченном виде — к отчету об инциденте на 32С. Неизвестно, что именно вызвало его реакцию, но после ознакомления с документацией он настоял на том, чтобы эсминец был задействован в операции. Только для того, чтобы в операции мог принять участие близкий соотечественник Тафта, некий Бат Токката, капитан «Хармидры», некоторое время назад оставивший службу и подчиняющийся уже не Контролю, а Федерации. Нет нужды говорить, что это вызвало еще большую путаницу.
Абсурд.
Помимо «Хармидры», и без того переполненный К-флот состоял из суперкрейсера Контроля, двух волновиков Клана, подчиненного Клану «Горизонта» и крейсеров с фрегатами поддержки — по одному на каждое представительство Триумвирата и сил Стрипсов. Только Жатва внесла свой вклад не в виде кораблей, а в виде Прогнозистов.
Их обоих, истощенных и лысых, в больших очках, частично слившихся с кожей, секретарь встретил на первой синхронизации вместе с представителем Согласия. В то время они находились в окрестностях Терзана-10, большого шарового скопления, расположенного примерно в девятнадцати тысячах световых лет от Терры и в семи с половиной тысячах лет от Ядра. Это была первая синхронизация «Горизонта», для которой все, а не только навигационный персонал, были подняты, как было рекомендовано ранее. В конце концов, суперкрейсер был достаточно велик, чтобы Эверетт мог рассчитывать на момент уединения. Он надеялся, что сможет немного погулять по просторной стазис-навигаторской корабля, не сталкиваясь время от времени с другими членами экспедиции. К сожалению, этого не произошло.
К тому моменту, когда он увидел бормочущих про себя Прогнозистов, Стоун чувствовал себя превосходно. Сквозь неостекло СН он видел яркое сияние звезды Кеплера, находящейся всего в тысяче световых лет от него, — сверхновой, родившейся в результате столкновения двух белых карликов в созвездии Змееносца. Далеко позади нас, подумал он. Насколько он мог судить, одной из их ранних остановок было Мессье 5 — гигантское шаровое скопление в созвездии Змееносца, более двухсот световых лет в диаметре. Оттуда нужно было лететь к Терзану; они должны были отклониться к галактическому востоку. Если бы не первая червоточина, Дальний Свет, они бы все еще продирались сквозь Ближний рукав Трех Килопарсеков. Но это не отменяло того факта, что им пришлось потратить уйму драгоценного времени, чтобы добраться до Терзана-10.
— Красиво, — сказала представительница Жатвы, и Стоун оторвал взгляд от неостекла. Он вежливо улыбнулся женщине, но потом увидел ее спутников, и улыбка померкла.
Прогнозисты двигались, как тусклые, растерянные создания тьмы; их худые растопыренные пальцы болтались в воздухе, и секретарь вдруг подумал, что они мало чем отличаются от элохимов. Он хмыкнул, перевел взгляд на неостекло и сделал вид, что любуется звездными скопления и далеким сиянием сверхновой.
— Когда он будет включен? — спросила Представительница.
— Через несколько часов, — ответил он, поняв, что вопрос о «Горизонте».
Гигантский обод глубинного синхронизатора Клана вращался перед ними, как какая-то средневековая, староимперская станция. С такого расстояния корабль казался не таким уж и большим — он выглядел как серебристое кольцо длиной более километра, украшенное кристаллами света и шипами глубинных двигателей.
— Может ли этот «Горизонт» открыть Глубину? — спросила женщина. Эверетт кивнул.
— Это, конечно, только привод, — признал он, — но, предположительно, он используется для синхронизации прыжков нескольких кораблей. Я не ученый, но все дело в отличиях, как разные корабли проходят через Глубину.