— Импринт накладывается на новую спецификацию и старую, — объявил Хаб. — Новая — это, по сути, просто накладка, как и наш новый регистрационный номер.
— Это нужно было сделать сразу же, — скривился Хакл. — Вы успеете?
— Это легко, — заявил Тански. Несколько секунд они слышали щелканье клавиш, а затем компьютерщик не без удовлетворения в голосе произнес: — Готово.
— Хорошо.
— Я бы все же предложил изменить наши спецификации, — присоединился Джаред.
— Отлично, — согласилась Эрин, но прежде чем она успела что-то добавить, до них донеслось тихое хихиканье Хаба.
— Над чем ты смеешься? — поинтересовался Пин.
— Просто, — ответил компьютерщик. — Просто у меня есть спецификации для нас… хотя и немного измененные. Джаред останется Джаредом, потому что это ничему не мешает. Что касается остального… У меня есть кое-какие данные, которые, кажется, подходят. Мы просто поменяем имена. — Снова послышалось быстрое постукивание по клавиатуре. — И вот они. Я — Тернер Забовски, Хакл — Кармера Бидрок, Вайз — Адама Трид, а наш дорогой Месье получит спецификацию Малкович. Вот и все. Вам лучше это запомнить, — заметил он, с трудом сдерживаясь, чтобы не захихикать.
— Вайз, есть ли у нас шанс обнаружить этот их буй, о котором вы говорили? — спросила Эрин.
— Нет, — ответила Пинслип. — Вряд ли я найду его просто так. В Выжженной Галактике есть множество незарегистрированных буев, а на официальных картах не нанесены целые сектора. Галактический кристалл, обновляя свои данные, автоматически сбрасывает в Поток все новые данные, которые вводит в него навигационная консоль, но Галактика —… — она пожала плечами, — действительно большая.
— Если бы там был локационный буй, он должен был излучать сигнал, — заметила первый пилот. Пин пожала плечами.
— Необязательно, — возразила она. — Некоторые люди не только не хотят, чтобы их буи и станции связи были официально вброшены в Поток, но и не хотят, чтобы их находили. Не каждый буй может быть обнаружен стандартным датчиком. Некоторые специально спрятаны.
— Вы говорите о… — начал Месье, но его внезапно прервал звук, донесшийся из контактного динамика.
Сначала они услышали только треск, а затем женский голос, спокойный и странно веселый, как будто его обладательница находила их ситуацию забавной.
— Прыгуну в кластере Щель, — услышали они. — Вежливость в космической навигации требует, чтобы вызывающий хотя бы в общих чертах представил тип корабля и имя капитана. Если только что-то не изменилось с тех пор, как я в последний раз патрулировала этот сектор. Может быть, случилось что-то подобное?
Этой женщине, подумала Эрин, очень нравится звук собственного голоса. Наклонившись к микрофону, она взглянула на текущие характеристики корабля и экипажа, которые Тански с готовностью вывел на монитор навигационной консоли.
— Вы, безусловно, правы, — признала она. — Однако мы находимся в незнакомом пространстве и не знаем ни о ближайших буях, ни о том, какие патрули здесь летают. Мы руководствуемся здравым смыслом и осторожностью.
— Это очень похвально, — объявила все еще веселая женщина. — Особенно здесь, в нашем несколько… пустынном месте. Однако мне кажется, что раз уж мы так мило беседуем, то было бы еще приятнее, если бы мы могли завершить эти культурные формальности.
— Конечно, — немедленно согласилась Хакл. — Так с кем же мы будем иметь удовольствие? — спросила она. Женщина по ту сторону громкоговорителя хмыкнула.
— Ну, хорошо, — сказала она через мгновение. — Это фрегат «Кармазин» капитана Анны, и этого вам пока должно быть достаточно. А с другой стороны?
— Кармера Бидрок, — ответила Эрин, слегка скривившись. И, снова взглянув на монитор, добавила с легким недоверием: — Капитан прыгуна «Черная ленточка», регистрационный номер 1974S.
— А вот это как раз интересно, — в голосе командира «Кармазина» отчетливо слышалось любопытство. — Знаменитая «Черная ленточка». Корабль-призрак. Вы когда-нибудь видели что-нибудь подобное, Доминика?
— Нет, госпожа капитан, — послышался слегка приглушенный голос другой женщины, стоявшей, видимо, неподалеку от микрофона. — Но на вашем месте я бы держалась подальше от этого прыгуна. Говорят, он приносит несчастье.
— Мы еще посмотрим, кому, — заявила Анна. — А что касается вас, дорогие мои, то скажу одно: на вашем месте я бы давно сменила имя. До встречи. — Громкоговоритель подал сигнал о завершении разговора.
В наступившей тишине было слышно лишь тихое хихиканье Хаба.