Рядом с трупом, за консолью, сидел элохим. Другой представитель секты стоял, слегка наклонив голову и глядя прямо на Тартуса. Чудовищно бледная кожа сектанта казалась полупрозрачной, а причудливо сшитый комбинезон, казалось, был частично подключен к телу.
— Конец, — объявил он. Его собеседник поднялся со своего места и тоже посмотрел на испуганного Фима.
— Я… Я буду стрелять, — завыл торговец. — Не подходите ближе… слышишь!
— Желаемое соответствие — уничтожить, — сказал Элохим, сидевший до этого за пультом. В этом голосе было что-то женское, хотя Тартус не мог заметить никаких признаков пола. — Молчать, — добавил он и направил на Фима белый инерционный аннигилятор — одно из любимых видов оружия секты.
Устройство, основанное на действии квантового гармонического осциллятора, выглядело как безобидная игрушка в виде пистолета, но торговца это не обмануло: он прекрасно знал, что могут сделать с телом концентрированные волны вибрации. Другой член секты вытащил кинжал элохима.
— Мне все равно, что здесь произошло, — прорычал Тартус. — Я просто хочу подзарядить корабль и убраться отсюда, вы понимаете? Ты понимаешь, что я тебе говорю?
Он закончил, и в этот момент первый из элохимов запустил свой аннигилятор. Микроскопические частицы, испускаемые оружием, вошли в квантовую когерентность и, игнорируя некоторые предположения Шредингера, жившего тысячи лет назад, сконцентрировались в аннигиляционную волну.
Фим избежал ее благодаря врожденному чувству страха: он нахмурился так яростно, что чуть не упал, стреляя из своего лазера. Он промахнулся, как и Элохим; оба заряда попали куда-то в станцию, повредив части обшивки.
— Уйди… — в ужасе начал Тартус, увидев бегущего к нему элохима с кинжалом.
Существо согнулось в каком-то причудливом поклоне и прыгнуло, замахнувшись оружием. Фим нажал на спусковой крючок. На этот раз ему повезло больше — лазерный луч, лишь частично рассеянный черным комбинезоном, попал элохиму прямо в то место, где до генотрансформации находилось сердце. Теперь в этом месте тоже должны были находиться жизненно важные органы, потому что элохим безжизненно рухнул. К несчастью, сила удара поверженного противника обрушилась на торговца, и в итоге он грохнулся на спину, крепко сжимая пистолет.
Тартус попытался оттолкнуть его тело и встать, но понял, что, к сожалению, уже поздно. Первый элохим стоял прямо над ним: ствол аннигилятора был нацелен в голову торговца.
Клинок появился внезапно, с тихим свистом левитируя вокруг, отбрасывая лазурные искры на стены коридора. Элохим бросил взгляд в его сторону, но увидел лишь свою гибель — кинжал Малколма Джениса врезался ему в центр лба, окутав всю голову электрошоковыми разрядами.
Фим застонал. Рефлекторно отползая назад, он успел заметить, как элохим упал между лежащими телами пограничников.
— Не двигайся, — сказала Цара Дженис. — Или ты будешь следующим. Брось оружие. У тебя не будет времени выстрелить.
— Как… — прохрипел он. — Я все-таки выключил его…
— Вы оставили питание на переговорном устройстве. Я протянула кабель к дверной панели. Произошло короткое замыкание, — голос раздался сзади и прозвучал тревожно близко. — Брось пистолет или умри.
— Ты меня не убьешь, — прорычал он. — Я ввел коды. Ты не уйдешь без меня!
— Хочешь поспорить?
— Ты бросила кинжал…! У тебя нет оружия…
— А мне оно и не нужно. Я сломаю тебе шею раньше, чем ты успеешь прицелиться. Брось оружие, я сказала!
Напасть чертова, подумал Тартус Фим. И медленно, все еще полный страха, он отбросил лазерный пистолет.
***
Эверетт Стоун увидел планету почти сразу после своего воскрешения — в тот момент, когда «Божественная Пропорция» зависла над вращающимся внизу желтоватым Хабитатом.
Даже с такой высоты было видно, что планета, парящая в облаке звезд Стрельца, представляет собой каменисто-песчаную сферу с атмосферным пузырем. Анабель Локартус, вероятно, говорила правду: очевидно, здесь трудно было найти какое-либо изысканное развлечение. Сидя в своей каюте, Стоун выводил на экран данные о системе Брандо с галактического кристалла корабля. Служебный ИИ сообщал, что Хабитат — единственный обитаемый мир здесь, полный пассатов, вихреобразных структур, называемых Песчаными башнями, и скалистых лабиринтов, населенных гигантскими насекомоподобными ксетре'ксалхиями, которым Клан Науки много веков назад присвоил статус «разумных животных».