— Политика, — холодно заявила Локартус, — меня совершенно не интересует.
— Скоро все изменится, — пробормотал Стоун. Но разговор был уже окончен.
Единственное, что ему оставалось, — это развернуться и уйти.
***
Стазис!
Капитан «Пропорции» лишила его возможности маневрировать.
Если он войдет в стазис, задача по уничтожению Тански может оказаться сложнее, чем он предполагал. В конце концов, Анабель Локартус не обязательно ждать его воскрешения, чтобы провести всю операцию, на которую она так охотно повесила ярлык «военная». Возможно, она рассчитывает, что захват «Ленты», Грюнвальда и этой несчастной Машины позволит ей избежать возможных последствий, связанных с неподчинением? Только кого тогда будут волновать старые проблемы Стоун? В лучшем случае о них напомнят, когда правда выйдет наружу…
Гибартус собирается сбросить меня с табурета, понял Эверетт. Скорее всего, тихо… но он отправит меня в какой-нибудь напастный периодический отдел управления внешними системами. Сидия будет в восторге. Мы поселимся на какой-нибудь сельскохозяйственной, плохо терраформированной планете и будем гулять среди деревьев, стараясь не попасть в ходокарские пироги.
Если только я снова не найду общий язык с Тански.
Эта мысль, ранее не обдуманная, заставила Стоуна резко остановиться посреди коридора. Один раз я с ним поладил. Как насчет того, чтобы поладить во второй раз?
В конце концов, они его проверят, напомнил он себе. Они промоют ему мозги и проведут тщательное сканирование. После этой операции ему повезет, если он не превратится в овоща.
Если только я не облегчу ему побег.
Если все пройдет хорошо и «Ленту» перехватят, Тански окажется на борту «Пропорции». Тогда у меня будет два варианта. Либо я прикончу его с помощью подкупленного человека с корабля, либо дам ему возможность сбежать. Это даже лучше, чем устраивать хаос, чтобы предотвратить поимку прыгуна. Более рискованно, но и более эффективно. Почему я раньше допускал такую возможность лишь условно?
Из-за убийств, — признал он. Они открыли мне пространство для маневра. Если бы с Тански, задержанным на «Пропорции», что-то случилось, можно было бы свалить вину на убийцу. Кстати, разве не забавно, что этот убийца — как и я — стремится к тому же самому? Очевидно, он не хочет, чтобы Флот-К захватил «Ленту»… хотя, возможно, по совершенно другим причинам.
В любом случае, нужно что-то предпринять. И быстро. Самое главное — наладить взаимодействие с подкупленным человеком. Но согласится ли этот жалкий, испуганный человек — некий Пу Ратански, серийный сотрудник компьютерной службы «Пропорции» — на какие-то радикальные шаги? Сомневаюсь, — признал секретарь. Одно дело — вызвать простой сбой и списать его на саботаж со стороны Штатов, и совсем другое — убить кого-то.
С самого начала следовало нанять настоящего наемника, — заключил он. Но теперь уже слишком поздно. Неважно. Так что теперь мне остается только…
— Секретарь Стоун.
Эверетт замер. Голос звучал оглушительно, с реверберацией компьютерного фона, но в то же время громко и тяжело, как будто его обладатель изо всех сил пытался регулировать громкость.
— Требуется ответ, — сообщил киборг, который когда-то был Вальтером Динге, стоя в коридоре. — Необходим контакт. Все проведенные симуляции указывают на это.
— Я думал, вы… вы на своем крейсере, — задыхаясь, проговорил Эверетт. Он не мог оторвать взгляда от клубка компонентов, растянувшегося по лицу твари. Стрипс смотрел на него, казалось, без выражения, но его глаза выглядели живыми.
— Присутствующий здесь блок симуляции техники развития интеллекта постчеловечества скоро отправится на крейсер «Джеханнам», где останется до окончания проводимой операции, — признал киборг. — Это необходимо. Также необходимо заявить, что указанное устройство соответствует спецификации Вальтера Динге, получив техническое спасение степени альфа.
— Поздравляю.
— Стоун, — отозвался Стрипс, и секретарь почувствовал, как по его телу пробежала дрожь, — сохранившиеся воспоминания о подразделении Вальтера Динге позволяют предположить, что Контроль Согласия никогда не говорит всей правды о своих решениях. Это позволяет предположить, что капитан Анабель Локартус не сказала всей правды на брифинге. На это указывает как первоначальный психологический и психобиологический анализ капитана Локартус, так и микросигналы, переданные отдельными членами экипажа.
— Правда? — Эверетт с трудом удержался от того, чтобы рефлекторно не оглянуться в поисках пути к отступлению. Однако коридор был пуст и, вероятно, не контролировался. Психобиологический анализ? Микросигналы? Проклятый ходячий ультразвуковой сканер! — И что же?