— Ты, наверное, шутишь, — пробормотал Тельзес.
— Аро выжил, — без лишней необходимости сообщил Дет. — Его ремонт не был особенно сложным. Жатва, по общему признанию, не поддерживает механические сущности… но в данном конкретном случае было важно, в конце концов, отразить прежнюю ситуацию, а Аро был ее необходимым компонентом. Кроме того, — в голосе аколита прозвучала легкая ирония, — мы предполагали, что вы будете рады его видеть.
— Как чертову Напасть, — хмыкнул Кайт, выбравшись из повозки и подползая к своей команде. — Оставь меня на минутку, парень, — добавил он, не глядя на представителя Жатвы. — Я хочу поздороваться со своими людьми. — Он яростно указал в сторону СН и навигационной консоли.
— Господин капитан, — начал Палм, но было ясно, что больше он ничего не добьется. Они просто стояли и смотрели на него, пока Типси внезапно не прорвало и он не сказал: — Вы видели, что они сделали с кораблем?
— Видел. — Тельзес кивнул. — Блестит, как собачьи яйца.
— Вы метко выразились, — несколько ехидно признал Канто. — Киприан чуть не свалился на пол, настолько он был скользким. Да, Киприан? А еда, которую они давали… невыносимая. Такая же безвкусная, как моя, прости за каламбур, жена с первого контракта.
— Какое у нас соотношение сил?
— Около тридцати процентов наших, господин капитан, — заметила Люсина Кано из отдела пилотирования и компьютерной поддержки, женщина с длинными седыми волосами, обвивающими ее, как средневековая русалка. — Их — остальные семьдесят. Они держат нас здесь с тех пор, как… Напасть знает сколько.
— Тридцать процентов. Я бы не назвал это преимуществом. Они пытались промыть вам мозги? Кто-то хочет сменить мундир княжества на эти прекрасные белые халаты и побрить голову?
Они покачали головами.
— Хорошо. Хочу видеть вас в капитанской столовой через поллазурного часа. Для начала мне нужно осмотреться здесь. Вы все не поместитесь, но тогда вы сможете сообщить остальным, что…
— Извините, капитан, — неожиданно заговорил Дет, встав за спиной Тельса, — но неформальные встречи вряд ли возможны. И уж точно не такие, которые впоследствии приведут к конфликтам с Жатвой. Мы должны действовать сообща. Другого варианта просто нет.
— И ты хочешь сказать, мальчик, что Жатва любезно сообщит мне, как мы будем действовать?
— Если вы так ставите вопрос…
— Я не думаю, — медленно пробормотал Кайт, — что это произойдет.
— Капитан, — вмешалась Люсина Кано немного нервным голосом, — подождите. Вы же не знаете…
— Позволь мне сказать тебе кое-что, Дет, — прервал ее Тельзес, подперев голову руками. — Возможно, твое коллективное начальство еще не до конца разобралось, с кем имеет дело. Так что позволь мне просветить тебя.
— Капитан…
— Не сейчас, Кано, — снова перебил ее Кайт, глядя на спокойно стоящего представителя Жатвы. — Видишь ли, Дет, дело не в том, что мы крутые, хотя это так. И дело не в том, что нас уже держали взаперти и пытались приказывать, и не раз, потому что мы это уже проходили. Дело в том, что мы старые.
Он посмотрел на Дета с легким весельем.
— В наши дни почти никто не ценит старость, — продолжил он. — Важна молодость. Свежие глаза, устремленные к звездам. Фитнес и бодрые прыжки, прерывающиеся только вопросом: «Мастер, как высоко?». Молодость, казалось бы, правит миром. А старость? Старость маргинализирована. Она подвергается цензуре и остракизму. Ей отказывают в праве на существование, высмеивают и стыдят. И все же именно старость обладает реальной силой. Именно старость обладает истинной мудростью: мудростью отпускания. Мудростью не беспокоиться о последствиях. Мудростью не столько топнуть ногой, сколько отойти от доски, на которой разыгрываются все важные дела этого мира. Это мудрость отхода и мудрость холодного взгляда. Потому что стариками, Дет, несмотря на внешность, трудно управлять. Их можно запугать. Их можно убедить. Их даже можно подкупить. Единственная проблема заключается в том, что старики всегда будут поступать по-своему. Так уж они устроены. Они не могут, не хотят и не умеют поступать иначе. Старики, — заключил он, — это самая стойкая сила во Вселенной.
— Понятно, — сказал представитель Жатвы через мгновение. — Интересная теория. К сожалению, капитан Тельзес, у нас нет времени ждать Старейшин. Ведь где-то там есть Натриум Ибсен Гатларк: возможно, единственный психофиз за последние столетия. Психофиз, за которым Жатва наблюдала долгие годы. Психофиз с княжескими связями, к которому у нас никогда не было свободного доступа, и это несмотря на упорные усилия. Ценный психофиз, который был потерян во время аферы с Машиной. Психофизийное сокровище, которое вы найдете для нас.