— Правда?
— Да, капитан Тельзес. В этом конкретном случае старость уступит место молодости и откажется от своего упрямства. И спросит, как высоко следует подпрыгнуть. Потому что иначе…
— Что это? — покорно перебил его Кайт. Дет не ответил. Вместо этого он достал свою персональ и нажал на кнопку.
В следующую секунду у Тельзеса перехватило дыхание и гордость.
Вживленные Кланом Науки импланты остановили основные функции персонали Кайта с призрачной, пугающей легкостью. Запрещенные во всех системах, импланты превратили его в покорный, избитый клубок старой, предательской плоти.
Тельзес застонал.
Корабль вокруг него внезапно стал холодным и мертвым, а невидимая река Потока иссякла, словно ее никогда и не было. Словно сквозь дымку, он увидел приближающегося к нему представителя Жатвы и — после кошмарно долгого мгновения — тот снова нажал на кнопку. Только после этого Кайт вернулся в мир.
— На самом деле я согласен с большинством ваших теорий, — сказал Дет спокойным, примирительным тоном. — Старость всегда делает свое дело. Старость — это связующая сила Выжженной Галактики. И старость — это упрямство. Но дело в том, — закончил он через мгновение, — что старость можно легко отключить.
3
Станция
Я отказываюсь от существования.
Я отказываюсь от памяти.
Я отказываюсь от понимания.
Отрывок из молитвы аколитов
Ордена Пустоты
Кризис наступил, когда они проложили маршрут к Терминусу.
Эта одна из главных станций Пограничников находилась в открытом скоплении NGC 1193 в созвездии Персея, между Рукавом Лебедя и Рукавом Персея. Лежащее примерно в пятнадцати тысячах световых лет от Терры, скопление было почти пустым в этом секторе, осветленным лишь сияющей светлым золотом туманностью, которую тысячи лет назад окрестили Дыханием.
Проскочив через глубинную искру «Живое Серебро», Кирк и Нат прыгнули еще десяток раз, направляясь к Терминусу почти по прямой, ориентируясь на указания, запомненные навигационной системой «Темного Кристалла». За время полета они больше ни разу не столкнулись с элохимами, но Блум не была уверена, что это хорошо. У нее было плохое предчувствие. Ее тревога усиливалась по мере того, как состояние Натриума Ибсена Гатларка становилось хуже. Она понятия не имела, как Нат спас их от захвата элохимами. То, что в результате болезни он превратился в призрачную структуру, она воспринимала вполне терпимо, учитывая обстоятельства. Но то, что Призрачный Принц обладает какими-то сверхъестественными, связанными с этим способностями, она восприняла гораздо хуже. На самом деле, так же плохо, как и осознание того, что эти способности просто убивают его. Поэтому вскоре после воскрешения после искры она привела протестующего Ната в АмбуМед и надвинула на него аналитическую чашу.
«ПРОБЛЕМА С ПОДКЛЮЧЕНИЕМ, — сообщила ей система. ПОЖАЛУЙСТА, ПРОВЕРЬТЕ ПОРТЫ ПЕРСОНАЛИ / ОТКЛЮЧИТЕ ЛИЧНОЕ МАГНИТНОЕ ПОЛЕ».
Прекрасно, подумала она. Опять началось. Однако она не будет собой, если пустит все на самотек. Вместо этого она подключилась к АмбуМеду с помощью нервоконнектора и немного изменила блоки программы. Это заняло у нее всего десять минут, после чего система засветилась веселым зеленым светом и запустила серию базовых медицинских тестов.
Результаты ей не особенно понравились.
Система сначала находила, а потом теряла Ната. Когда же она интерпретировала его как пациента, то выводила на экран целую серию показаний — от приема аминокислотных добавок до внутривенного введения флюидов. По мнению АмбуМеда, Натриум пережил какую-то тяжелую, изнурительную болезнь и нуждался в длительном восстановлении. К сожалению, менее чем через минуту анализатор снова сообщил о необходимости отключения «личного магнитного поля», выдав звуковым сигналом данные о смерти Ната, что заставило Кирк в панике отключить систему и поднять медицинский козырек — прежде чем окончательно разочароваться и перестать пытаться.
Через час таких откровений и перезагрузок Блум надоело. Она отключила АмбуМед и перенесла полубессознательного принца в бывшую каюту Гама. Там она посоветовалась с Теткой и приготовила для него целую серию лекарств, смешанных с флюидом. Только после того как она ввела их Натриуму с помощью портативного инъектора, она вернулась в СН, села и попыталась успокоиться.
Она была одна.
Учитывая необходимость как можно скорее совершить еще один глубинный прыжок, она не видела смысла выводить Голода из стазиса. Тетка показала ей запрограммированный маршрут, из которого следовало, что у них будет всего два, может быть, три более длинных рейса из Глубины. Прямой путь к Терминусу, отмеченный на картах как Главная связная сторожевая башня типа В, был утыкан буями для определения местоположения. Пограничники могли летать вдоль Внешнего рукава бесконечно, но когда они возвращались, чтобы передать данные, они должны были вернуться как можно быстрее. Также казалось, что возможная дистанционная передача информации об ожидаемом Возвращении через спутники дальнего космоса не особенно ускорит дело. Кирк могла бы это сделать, но «Темный кристалл», летящий на максимальном импульсе, должен прибыть раньше, чем данные. Кроме того, что толку, если она просто передаст их, а Элохимы будут наступать им на пятки? Главное, чтобы секта поняла, что уничтожение «Темного кристалла» больше не обязательно — а убедить себя в этом они смогут только тогда, когда увидят корабль, пришвартованный у Терминуса.