Семейный вернулся буквально через минуту и обнял её.
- Ну? Что ты? Что?
- Я думала – уже никогда не вернусь сюда-а…
Он прижал её голову к своему плечу и просто сказал:
- Ты уже здесь. Успокойся. Иначе вся Тёплая Нора сбежится во двор – и не утешать тебя, а реветь вместе с тобой.
И, будто подтверждая его слова, открылась входная дверь – и голос встревоженного Бернара глухо прозвучал в ночной темноте:
- Джарри? Что-то случилось? Колр сменил вас?
- Колр забрал братство и уехал в город искать Ирму с компашкой, - привычно первой откликнулась Селена, обернувшись к старому эльфу. И быстро вытерла слёзы, которые чуть не брызнули, едва она услышала Бернара.
- Леди Селена! – ахнул старый эльф-целитель. – Вы вернулись!
Она ещё сумела расслышать невольный смешок Джарри, отодвинувшегося куда-то в темноту двора, когда старый эльф потянулся к его семейной, чтобы обнять недолгую пропажу… «Сутки с небольшим, а как будто вечность!» - слабо подумала она, тычась носом в сюртучок старого целителя, пропахший травами и чем-то уже не столько знакомым, сколько родным. А услышав Бернара, едва не рассмеялась со слезами пополам:
- Может, вам успокоительного, леди Селена?
- Это подождёт! - отмахнулась она, вцепившись в его рукав и таща старого эльфа к салону машины. «Я как Ирма! Всех хочется удивить и обрадовать!» - внезапно подумалось, когда вместе с Джарри она начала выволакивать из машины черенки шиповника и липы.
- Что это? – поразился Бернар, торопливо помогая семейным разворачивать плёнку на саженцах.
- Мальчики решили, что вам понравятся некоторые растения из моего мира, - нервно смеясь, отозвалась Селена.
Джарри отодвинул её и Бернара от машины и взвалил оба свёртка себе на плечо.
- Куда? В оранжерею сразу?
Селена знала: несмотря на недостроенную и недоутеплённую оранжерею, Бернар умудрился занять в ней уголок для небольшого раскладного стола (сделано руками Александрита и Джарри, конечно) и скамьи. Получился своеобразный кабинетик. Сюда и отправились черенки на плече Джарри, а взволнованный Бернар, уже разглядевший пространство вокруг них, неотступно последовал за семейным хозяйки места.
А Селена постояла перед небольшим крыльцом Тёплой Норы, отдышалась и протянула руку к дверной ручке. Вошла в тихий, дышавший снами дом, дошла до детской гостиной и села в кресло Бернара, ещё тёплое от его недавнего присутствия.
«Дома? – спросила себя и закрыла глаза. – Дома».
На неровный бег с лестницы она вскочила.
По ступеням, хромая от напряжения, бежал Риган.
- С-селена! С-селена!
Она поймала его на последних ступенях лестницы. Мальчик-дракон висел на ней, забывшись, что уже далеко не малыш, но ни она, ни он не обращали на это внимания.
- Ты напугала меня, С-селена! Отпус-сти!
Но она не отпустила маленького дракона, а вместе с ним дошла до кресла и опустилась в него так, чтобы Риган сел рядом. Схватившись за её ладонь, он смотрел на неё отчаянными глазами и качал головой от… негодования!
- Ты пропала! – обвинил он её. – Вс-се думали, что ты уех-хала к родителям Джарри, а я с-смотрел, как Люция прячется и не х-хочет зах-ходить в Тёплую Нору, и знал, что ты с-совсем не там!
- Риган, - остановила она его горестные вопли и прерывисто вздохнула. – Забудь о том, что было. Я вернулась. Я здесь. Я с тобой, Риган. И Тёплая Нора со мной.
Маленький дракон сердито посмотрел на неё и со вздохом прильнул к её плечу.
…Иногда Ирма умела думать не практически, а отвлечённо. Правда, слова она такого не знала – «отвлечённо» в сочетании с «думать», а потому легко заменяла его более простеньким и понятным сочетанием слов – думать о пустяках.
И в этих пустяковых размышлениях её интересовал вопрос, ответ на который, как волчишка полагала, в практической жизни ни на что не годен. Как так получается: если думать только об одном, появляется сразу несколько интересных идей?
Этот ни к чему не пригодный вопрос промелькнул и сейчас.
Страшно избитый, Вади сумел-таки успокоить её. И волчишка быстро вернулась к состоянию командирши, которая должна позаботиться о подчинённых, чтобы прорваться вперёд в любой сложной игре… Итак, успокоившись, Ирма цепко оглядела друзей, сидевших на сдвинутых друг к другу скейтах. Несмотря на слабость, усталость и – чего уж таить! – на страх, спать уже почему-то никто не хотел. Все взбудоражены побегом от страшных оборотней. Это первое. Второе: пока сидели на одном месте, что значит – перестали двигаться, начали чувствовать холод, который здесь, в подземелье, ощутимо был гораздо отчётливее. Ирма шмыгнула носом, вспомнив уроки старого эльфа-целителя. Бернар обычно много чего рассказывал, да только шустрая волчишка мало что запоминала. А если что-то и запоминала, чаще эти знания были практически связаны с каким-либо её личным воспоминанием. Что ж. Теперь пригодилась и эта малость.