Глава 3. Тот самый день
Мама сидела за столом, наблюдала, как я собираю документы в поездку.
- Паспорт не забудь, - напомнила она.
Я сдержала тяжелый вздох и проглотила смешок. Ответила ей сдержанно:
- Первым делом паспорта положила. Я без них никуда не улечу.
Мама прожевала конфету и родила стандартный упрек.
- Вот и нечего лететь. Не знаю, куда тебя несет.
- Стамбул, - напомнила я, игнорируя ее тон. - Это командировка.
Мама фыркнула презрительно.
- С любовником. Ты мне голову не дури, Марина. Знаю я, какая у вас командировка.
Я замерла и вцепилась в столешницу. Успокоиться и дышать ровно получалось с трудом.
Зря я рассказала о Данияре и его предложении продлить рабочую поездку.
Всю жизнь я жду поддержки, а получаю от матери лишь осуждение.
Соглашаться с ней мне надоело.
- Мама, я не помню, когда вообще отдыхала за последние годы. Весь отпуск у тебя на даче вкалывала.
- Так вы потом всю зиму мои заготовки с огорода едите, - стандартно заявила она. - Как будто мне это надо.
Мне все же стоило промолчать. Я открыла ящик Пандоры. Из мамы вместо грехов повалили упреки.
- Ты забыла, дочка, какая жизнь бывает? Когда ты Макарку родила, нас только дача и спасала. Денег ни на что не хватало.
- Но ведь сейчас хватает, - заметила я.
- Да что ты? Поэтому ты продолжаешь квартиру снимать. У всех нормальных людей ипотека. А ты всю жизнь таскаешься по съемным квартирам, никак свой угол не можешь найти.
Я хотела сказать про невыгодный процент ипотеки и большие первые взносы, но мама и так это знала. Мы не первый раз обсуждали мою кочевую жизнь.
Сложив в папку распечатанные билеты, я сочла за лучшее промолчать.
- Что тебе не жилось со мной? Все время куда-то бежишь, что-то ищешь, - продолжала припоминать мне мама все грехи.
- Мне нравится жить в Москве. Как видишь, я справилась. Пусть у меня съемная квартира, зато в хорошем районе. И работа отличная. Сына я вырастила.
Мама самодовольно улыбнулась.
- И кто тебе помог с сыном?
- Да, ты помогла, - признала я. - И продолжаешь помогать. Я тебе очень благодарна.
- Вижу я, как ты благодарна. Только дерзишь. Как и Макарка, кстати. Яблоко от яблони.
Пришлось и ей объяснять в сотый раз:
- Мам, у него трудный возраст. Он бунтует.
- Оборзел он, Марина. Ни в грош тебя не ставит. Ты в него столько денег вваливаешь, а он только по девкам шляется. Неблагодарный.
В этот раз я не сдержала вздоха и попросила:
- Ты только ему так не говори.
- Скажешь ему. Зачем мне вообще тут жить? Как будто сам себе яйца не пожарит.
- Не пожарит. Будет лапшу заваривать в лучшем случае и устроит вечеринку обязательно, - предсказала я безудержное веселье Макара в честь моего отъезда. - Квартиру разнесут. Поживи, мам. Ради желудка внука и сохранности мебели.
Мама сменила ворчание на легкий сарказм.
- Придётся пожить. А то и правда твой сыночка-корзиночка натворит глупостей. Набаловала ты его, Маринка.
Тут я нехотя, но согласилась.
- Данияр тоже так говорит. Может, и правда мне стоит быть строже с сыном?
Упоминание Дана заставило маму скривить лицо. Словно она понюхала дохлую птицу. Мама никогда в жизни не согласилась бы с мнением Дана. Да и с его существованием тоже.