Только телевизор был выключен.
Они смотрели на погасший экран.
Облегчение мгновенно сменилось страхом. Кэмерон хотел окликнуть родителей, хотел побежать к ним, убедиться, что с ними все в порядке. Но боялся. Они были какими-то странными. Что-то было не так, и это пугало его, а он даже не мог позвонить в полицию, потому что телефон стоял по другую сторону дивана.
Мать кивнула, указывая на пустой экран. Отец рассмеялся.
Может у него получится добежать до полиции.
Кэмерон, пятясь, вышел из дома, закрыл за собой дверь и бегом бросился по пустой улице мимо домов с открытыми дверьми к Кэмелбэк-роуд и руинам, к полиции и людям из реального мира.
Он смог миновать только два квартала — дальше дороги не было. Кэмерон добежал до второго перекрестка, до улицы Кларк, и резко остановился на краю тротуара. На асфальте танцевали два пыльных вихря, невероятно высокие и тонкие воронки из песка, вершины которых уходили высоко в небо, насколько хватало глаз.
Пыльные вихри.
Они синхронно перемещались от одной стороны улицы до другой и обратно, перегораживая ему путь.
У пыльных вихрей были лица. Лица его родителей. Нет, это совсем не похоже на игру «Трон» в автоматах торгового центра. Лица не выглядели растянутыми, как плоские маски, надетые на нижнюю часть воронки пыльного вихря. Они были более подвижными и в то же время более реальными — трехмерные изображения, образованные вращающимся песком, листьями и мусором.
Кэмерон стоял, тяжело дыша, весь мокрый от пота. Встречный ветер, горячий и колючий, коснулся его щек, взъерошил волосы.
Лицо матери кивнуло ему. Отец рассмеялся, и этот звук слился со свистом ветра. Точно так же они реагировали на темный экран телевизора в гостиной. Кэмерон сел на тротуар. Ему хотелось заплакать, признать свое поражение. Пыльные вихри перемещались по асфальту, медленно и целенаправленно, и когда он поднял голову и посмотрел на них, оба лица исказились от гнева и открыли рты, готовые то ли закричать на него, то ли проглотить.
Страх победил. Отчаяние исчезло так же быстро, как появилось, и Кэмерон вскочил и бросился назад, тем же путем, отчаянно пытаясь убежать от пыльных вихрей, от этого района — от всего. От невероятного напряжения мышцы ног пронзила резкая боль. Двери домов захлопывались, когда он пробегал мимо, но дверь его дома, которую он закрыл за собой, была широко распахнута.
Кэмерон притормозил, потом остановился. Совершенно очевидно, что ему не давали уйти. Неведомая сила будет возводить препятствия у него на пути, чтобы направить туда, куда нужно, — как лабораторную крысу в лабиринте.
Кроме того, куда еще он мог пойти? И разве не сюда он направлялся? Его дом уже не такой, каким должен быть: безопасным, вселяющим уверенность. Кэмерон это понимал, но поддался инстинктивному желанию вернуться.
Он заглянул в открытую дверь, попутно слыша похожие на звуки маракасов хлопки закрывающихся дверей на обеих сторонах улицы. Кэмерон подумал о родителях и понял, что должен проверить, как там они, посмотреть, что с ними стало.
Он осторожно вошел в дом, готовый ко всему. Никто на него не прыгал, не бросался, никаких странных звуков тоже не было слышно, но когда он заглянул в гостиную, родителей там не было.
На диване на их месте лежали две коричневые морковки.
Потрясенный, онемевший и растерянный, Кэмерон с трудом дотащился до дивана.
Может, он видел вовсе не два пыльных вихря? Может, это были гигантские морковки?
Тут имелась какая-то связь, но Кэмерон не мог ее понять. Он протянул руку и дотронулся до левой морковки. Под его пальцем она треснула, как дешевый фарфор, и рассыпалась в пыль. В кучке пыли лежал один белый зуб. Зуб его матери. Верхний передний, по форме немного отличавшийся от остальных.
Кэмерон знал, что его принуждают прикоснуться к другой морковке, разбить ее и увидеть внутри что-то от папы, но у него просто не поднималась рука. Он смотрел на зуб, ослепительно-белый среди коричневой пыли, и впервые осознал, что мамы больше нет. Конечно, он уже догадывался, но шок испытал только теперь. Тот факт, что у нее вырвали зуб, что у нее — где бы ни было тело — больше нет переднего зуба, заставил его поверить, что мать убили.
Кэмерон посмотрел на другую морковку.
И отца тоже…
Кто-то позвонил в дверь.
Интересно, что на этот раз? Родители, превратившиеся в троллей? Мертвый Джей, который хочет позвать его на улицу? То существо с торчащими волосами?