Утром меня разбудила сестра, именно ей выпало утром стоять на часах. Кивнув, показывая, что проснулся, я аккуратно отодвинулся от Ани, что прижималась ко мне, накрыл её шинелью и выбрался из общего спального места. Потом быстро поел остывшего супу, хлеба мало, пол каравая после вчерашнего осталось. А так поев, я оставил спавший лагерь, и направился к станции. Только-только начало светать, а уже со стороны Томска был слышен шум приближающегося состава. Отлично. Махнув сестре рукой, чтобы поднимала всех, пусть поедят, и подготовятся, я уже неспешно направился дальше. Время пока есть. Хотя нет, стоит поторопиться. Зная, что тут ходят воинские эшелоны, а у солдат воющей страны денежки должны водиться, все крестьянки из окрестных деревень и сёл собираются тут, зная расписание маршрутов не хуже самих железнодорожников. Вот я и заторопился, а то солдаты действительно всё раскупят. Сначала я приобрёл два вещмешка, потом четыре килограмма свежего солёного сала с чесноком, семь караваев, варёных яиц, свежего луку и зелени, солёных огурцов, и даже варёной курицы. Всё это в мешки убрал. А приметив женщину, что молоком торговала, я выпил стакан на пробу, купил трёхлитровую крынку детям. Ну и пирожков пять десятков, с картошкой, капустой и яйцом. Ехать долго, сало с хлебом под конец. Сначала скоропортящееся съедим.
Тут, когда из вагонов посыплись солдаты, расходясь по перрону, и мои подошли. Вручил им оба мешка, описав что в них, высыпал мелочь женщинам, те тоже решились пройтись, и покрутив головой, направился к голове эшелона, где находилось два мягких вагона, видимо для офицеров. А крестьянки торговать торговали, но к царским деньгам относились насторожено, другое дело серебро или золото, к счастью благодаря жадности купца, что устроил на нас засаду, таких монет хватало, он сам делал их запас, вот я и выделил нашим, пусть походят, может действительно что купят нужное. А если что, с ними сестра, она посторожит.
Найти старшего по этому воинскому эшелону не составило труда, им оказался офицер в звании ротмистра. Это что-то вроде майора. Поначалу, когда я со стороны его рассматривал, в окружении дымящих папиросами и даже трубками офицеров, принял за служаку. Этому деньги предложи, крайним окажешься, но после недолгого осмотра, тут работали гипнограммы по психологии, я решил, что шанс есть. Только нужно всё правильно сделать, чтобы мотивация была. Поправив гимнастёрку, согнав складки назад, я быстрым шагом направился к офицерам. Те сразу меня не заметили, молодой, в диком сочетании формы, без погон, с непокрытой головой, да и форма явно с чужого плеча, но стояли и смотрели молча, с немалым интересом.
— Господин ротмистр, разрешите поговорить с вами наедине. У меня очень важные сведенья.
— Молодой человек, откуда у вас эта форма? — поинтересовался один из офицеров, кажется артиллерист.
— Моя костюм сгорел, искры из костра. Было поздно спасать, но в селе мне предложили это по размеру. Офицерские бриджи и солдатскую гимнастёрку. Сапоги уже мои, они не сгорели. Не обнажённым же мне ходить. Не хочу смущать дам и мадмуазелей.
— Что вы хотели сообщить? — пыхнув трубкой, поинтересовался ротмистр.