«Дров» оказалось не так и много, детям пришлось изрядно побегать вокруг, уходя до километра, но при нашем наблюдении со стороны. Натаскали конечно прилично, но мало, прогорал тот быстро. Хватило приготовить обед, а на чайник едва-едва. Женщины наши не мудрствуя особо, взяли и сварили макароны по-флотски. В тех коробках что я прихватил на пробу, оказались макароны, ну а тушёнка в двух коробках тоже была. Вот и сварили, быстро, аппетитно и сытно. Пока готовился обед, мы втроём, Инга была на посту, вытащили часть бочек с топливом наружу. После этого подняв бочки на крыло, самоливом слили горючку в баки. Когда мы закончили, то в салоне осталась стоять одна полная бочка, и во второй было едва литров сорок. Хватит. Вот с маслом проблема, один движок действительно его изрядно жрал, больше ожидаемого, но вроде должно хватить. Главное, чтобы сам не отказал, всего ничего остаюсь. Ещё сестрёнка, пока мы заправлялись, углядела что бензин подкапывает, нашла утечку, жгут разболтался и устранила её. Потом та занялась техническим осмотром самолёта, где нужно подтягивая.
После плотного и хорошего обеда, или ужина, я уже и сам запутался, мы все устроились в тени, под крыльями самолёта, и спокойно уснули. Часового выставили, после Инги отец, потом генерал, а дальше ночь и дальнейший полёт.
Выспаться мне не дали, отец поднял, тряхнув за плечо, и бормоча:
— Вставай, сынок, беда.
Вскочив на ноги, я тут же схватился за голову, крыло загалдело, а самолёт за качался.
— Ой! — воскликнул батя.
— Нельзя так людей поднимать, — почёсывая макушку на которой стремительно росла шишка, проворчал я. Судя по стоявшему солнцу, проспал я часов шесть, уже было пол четвёртого дня.
Вокруг остальные шевелились, отец не только меня разбудил. На мой вопросительный взгляд тот подал бинокль и указал в сторону горизонта, как раз в ту сторону откуда мы прилетели и куда был направлен нос самолёта. Всмотревшись в окуляры, я только выругался. Отец, прогуливаясь по крылу, с него лучше видно, умудрился рассмотреть вдали группу всадников и, если я прав, у нас очень мало времени. Те тоже должны уже были рассмотреть самолёт. Это не иголка в стогу сена, на фоне горизонта очень отчётливо виден и без бинокля.
— Все быстро в салон! — немедленно скомандовал я. — Лен, поможешь мне движки запустить.
— Но у нас тут вещи, — пыталась возразить мама.
— Бросаем, иначе не уйдём, там сотня всадников. Перебить мы их перебьём, но возможны потери, а они мне не нужны.
Всё же мама есть мама, пока остальные грузились, она бегала и подавала вещи. Успели, я за это время все четыре мотора запустил с помощью сестрёнки, и когда мама с отцом принесли казан с остатками ужина, не всё съели, самолёт уже начал катится, разворачиваясь, так что они забрались на ходу. Развернув машину, я дал полного газа движкам и начал набирать скорость. Всадники уже близко были, сестрёнка выбралась на крыло и короткими очередями притормозила нёсшуюся на полном скаку в нашу сторону сотню. Не удивлюсь если узнаю, что их отправили именно на наши поиски. Тех обидчиков, что сбили их аэропланы. Лётчики наверняка сообщили что дальность у самолёта невелика и дальше тот уходил со снижением, возможно искал место посадки, ну или повреждён.
В общем, ушли, я так подозреваю всадники по нам тоже стреляли, но движки тянули ровно, рули слушались, датчик в норме, а семьёй всё в порядке. Инга пробежалась, даже Лена вернулась в салон с пулемётом, целые. Ушли, повезло. Уточнив у кого как дела, я передал штурвал Лене, и как только прошёл в салон, получил завтрак на руки. В середине салона, сидя кружком вокруг казана, работая ложками, дети доедали вчерашние немного холодные макароны с тушёнкой. Причём ели так, что за ушами трещало. Остальные вскрыли банки с тушёнкой, и пачки галет, и завтракали ими. Вот и мне такой же паёк вручили. Ничего, вполне вкусно и питательно.
Беду усмотрела Аня после завтрака, что подойдя к иллюминатору, изучала небо вокруг. Умненькая девочка, да и задание смотреть вокруг и сообщать что увидит, вполне выполняла, вот она, увидев струю что вырывалась из-под правого крыла и подняла переполох. Оказалось, мы теряли топливо. Всё-таки попали! И возможно были ещё попадания.
— Починить можно? — поинтересовался генерал, встав рядом и глядя поверх моего правого плеча на крыло.