И опасался он не зря, между прочим.
На пороге их встретила Сануми, улыбающаяся всем, как дорогим гостям. И в той улыбке не было фальши. Хозяйка дома быстро разговорила всех членов отряда, успев даже найти какую-то смутно-общую тему с Ловеном, попутно проводив их в гостинную. Там уже было накрыто.
И, к облегчению Сенсомы, пусто. Он пристроился у дверного косяка коридора, ведущего, как он понял, в личные комнаты и краем уха слушал мерную болтовню.
— Сашими-сан, у вас в Узушио первое и второе подают вместе, или отдельно?
— Вместе, Сануми-сан, но стоит ли беспокоиться? Мы у вас в гостях и будем здесь по вашим правилам.
— Омо, ты отдавила мне ногу! Ик!
— Старый, сними уже шарф, мы в доме!
— Зачем?
— Как зачем, чтобы видеть!
— И на что тут смотреть? Или ты думаешь, что меня в пустыне песочек в глазах напугал? Нет, льдинка, там просто было скучно. Тут не лучше.
— Шиццу-сан? Что это.
— Это… подожди немного, парень, дай мне повторить. Тебя же зовут Итачи, верно? Нас представили смазанно.
— Итачи Учиха.
— Учиха, хм… Это, Итачи, Синий Скорпион.
— Таких не бывает! Автор такой фигни не писал!
— Это не настоящий зверь, старый! У него в руках бутылка. Сок?
— Алкоголь.
— Алкоголь?!
Сенсома усмехнулся, глядя, как удивленно распахиваются глаза Шиццу, не ожидавшего от старого мужчины без чакры прыти, достойной шиноби уровня Каге. У плеча усмехнулись в ответ.
— Не ожидала, что ты приведешь такой балаган, — произнесла Чие, встав рядом. — Этот старикашка похож на Озина. Чем-то.
— Ты плохо его знаешь, — ответил Сенсома. — Впрочем, так можно о многом сказать.
— И верно. Мы с тобой уже такие старики, а все еще ни хрена не знаем, — Чие вздохнула и покачала головой. — Ну, кроме того, что вон тот, красноволосый, наш общий ребенок.
Они посмотрели друг на друга и усмехнулись. Не вражда. Даже не соперничество за сына. Уважение. Взаимное и глубокое.
И тут дверь с грохотом распахнулась!
— Ах-ах, вся семья в сборе! — пропел невысокий молодой юноша, облаченный в черный плащ, из-под которого виднелись алые волосы.
— Сасори! — тут же вспыхнули все члены семейства Акасуна. — Ты…
— Я! — радостно воздел он руки вверх. — И не надо смотреть на меня скорпионами, потому что я не дурак. И не пришел бы сюда один, зная, как качественно вы размажете меня по пустыне.
— Ты сам — скорпион! — рыкнул Шиццу, напрягаясь.
— Может и так, — пожал плечами его сын. — Слышали байку о скорпионе и змее? Две ядовитые твари в пустыне вынуждены друг другу доверять.
Сенсома нахмурился и тут же ощутил знакомую чакру. Из-за спины донесся хриплый голос.
Голос Орочимару.
— Давно не виделись, сенсей.
Конец скуке
Сенсома напрягся, ожидая удара, и развернулся на голос. Но атаки в спину не последовало, и ученик позволил учителю спокойно себя осмотреть.
За прошедшие два с половиной года он практически не изменился, разве что волосы стали чуть короче. В остальном он был почти полной копией себя самого из прошлого — он стоял в конце коридора, оперевшись рукой о стену, высокий, бледный и чарующе-пугающий. В памяти тут же выскочил образ Ясягоро Мицуки — командующего фронтом с Водой на Первой Мировой Войне и наставника Сенсомы на пути сеннина.
Орочимару был абсолютно похож на своего отца. И отличался от него столь же сильно, сколь был велик этот абсолют. Его жена, вышедшая из противоположной комнаты и вставшая подле мужа, только подчеркивала это отличие. И ее верный нинкен, конечно же — никогда еще у сеннинов Пещер Рьючи не было домашних питомцев, которые, к тому же, стали членами семьи.
— Сенсей, — вторила мужу Майко, стараясь смотреть нахмурившемуся Сенсоме в глаза.
— Сенсома? — Чие, стоящая подле, повернула к нему голову. — У тебя назначена встреча?
— Я и думать о таком не мог, — откликнулся он. — Орочимару, ты поймал меня в самый неожиданный момент. Но зря ты явился сюда. Здесь слишком много шиноби высочайшего уровня. Ты отдаешь мне преимущество.
— С каких пор вам нужно преимущество? — сузил глаза Ясягоро. — И с каких пор вы считаете меня глупцом?