Жестокое решение по отношению к обоим шиноби. Фугаку используют как символ для простых людей и, в особенности, для его клана. Молодых Учиха поведут погибать на войну с его именем на устах. А Минато отлучат от Страны и селения, и сделают все возможное, чтобы с самого его детства в нем просматривалось будущее предательство. И даже женитьба на Джинчурики теперь будет восприниматься простым людом как попытка заполучить власть.
И абсолютно плевать, существует контролер, или нет. Потому что они не знают точно. Потому что решать нужно прямо сейчас.
Пока война окончательно не проиграна.
— Как-то так, — закончил рассказ Сенсома.
Джирайя, молчавший с первых его слов, был совсем мрачен. Конечно же Минато не мог предать Коноху — он же мечтал стать ее Хокаге! Контролер существует, это почти что доказано, но… В политике Сенсома понимает куда как больше, пускай и ненавидит ее даже сильнее самого Жабьего Мудреца.
Тем не менее, они оба бессильны. Решение Хокаге и Совета не оспорить, даже если это попытаются сделать Саннин и Узукаге. Ко всему прочему — они не будут пытаться, иначе все усилия правительства Конохи просто пойдут прахом, и их действительно будет ждать гражданская война.
Хотя есть кое что, что они могут сделать. Конечно же это — найти контролера или неопровержимые доказательства его существования и показать всем. Только так можно обелить имя Минато, и только так можно предотвратить будущие жертвы.
— Я его прикончу, — хмуро пообещал Джирайя. — Найду и прикончу.
— Для начала получи доказательства, — напомнил приемному сыну Сенсома.
Они обсудили план. По нему выходило, что Джирайе придется искать на границах с Ветром, в самом Ветре и в Тумане. А Сенсома возьмет на себя все остальное. В какой-то момент Джирайе показалось, что противник уже у них в руках, но потом он разочарованно посмотрел на отца.
— А что же Ошими? Ты ведь будешь с ним все время.
Он спросил это уже в спину, когда Сенсома уходил к палатке. Стало обидно, что они сразу не догадались — Богу Шиноби будет некогда ловить какого-то там психа, ведь он будет занят восстановлением семьи. Они оба понимали, что это будет ой как не просто.
Но Сенсома просто махнул рукой:
— Посмотрим…
Они поднялись очень рано — всем не терпелось, наконец, увидеть Ошими. Сашими и Джирайя переглядывались, улыбаясь, а Ловен не сводил внимательного взгляда с Сенсомы. Сам же перерожденный вертел головой, осматриваясь и надеясь первым засечь хоть что-нибудь подозрительное.
Острова Снега были немаленькими, но почти все они являли собой плоские куски льда, надежно вросшие в океан. Обычным людям пришлось бы осматривать их неделями, обычным шиноби — несколько дней. Отряд Математика Боя рассчитывал закончить за десять часов.
Они даже разделились, дабы быть еще эффективнее и быстрее. Сенсома пошел с Сашими, а Джирайя с Ловеном. Но уже через час они, не сговариваясь, собрались вместе.
Восьмой, по счету, остров, привлек внимание всей четверки сильной ледяной бурей, бушующей на нем. В Стране Снега такие явления — не редкость, но больно уж плотно и мощно выделялось буйство стихии перед погодой на остальных островах.
Сенсома с Сашими встретились с Джирайей и Ловеном почти на середине льдины.
— Чакра, — негромко поделился наблюдениями Жабий Мудрец. — Эта буря рождена чакрой.
Сенсома и сам почувствовал силу уникального генома. Это — не природное явление, а ниндзюцу огромных масштабов, покрывающее целый остров. Зачем кому-то потребовалось охватить такую площадь подобным образом?
Очевидно, чтобы скрыться.
Рев бури заглушал большинство звуков, но чуткое ухо шиноби все равно услышало свист рассекаемого гигантским телом ветра. Джирайя ругнулся, бросаясь к менее быстрой Сашими, Ловен икнул и окутался зеленым светом, собравшимся в защитную сферу, и лишь Сенсома не сдвинулся с места.