-а честно было ловить меня? И увозить неизвестно куда?
- а честно было воровать топливо?- парировал он.
Лика прикусила губу.
- нам и правда, нужно было топливо.- Лика наклонила голову. - Я теперь даже не знаю как там моя команда. Что с ними?
-они скоро будут здесь. За ними уже отправили корабль. Эдик сказал ваши координаты. И мы скоро их найдем. Возможно, уже завтра или через несколько дней все они будут уже здесь.
- а где твоя мать? - опять не подумав спросила Лика.
- я ее никогда не видел. И закроем эту тему!- отрезал Вадим.
Лика посмотрела на него. Она боялась что-либо думать, так как, он бы сразу все понял.
- а что сказал твой отец когда мы выходили из вашего ресторана?
- ничего,- соврал Вадим,- все нормально.
- зачем ты меня сюда привез?- Лика посмотрела ему прямо в глаза,- зачем я тебе? И почему ты меня не отправил к остальным? И почему мне одной в коридоре может быть опасно? Или ты боишься что я сбегу?
Вадим внимательно изучал ее лицо. Эти зеленые глаза сводили его с ума. Или он просто хотел ее убить? Нет! Убить точно не хотел. Да еще и эта провокация. Он ведь ясно сказал, оставь волосы распущенными. А она издевается над ним. За ужином он лишь из вежливости к ней попробовал эту отвратительную рыбу которую с детства терпеть не мог. Да Вадим был на половину человеком и он иногда ел обычную еду. Но это было очень редко.
- ну, сбежишь то ты навряд ли. Я просто подумал что тебе со всеми будет не комфортно. И..
- и притащил меня в свою комнату...- злилась Лика.
"Какая она красивая когда злится"- подумал Вадим.
- а в коридоре тебя могли бы принять за беглянку и тебе пришлось бы не очень хорошо.
- так если кто-то соберётся бежать то его убьют?- Лика хмурилась.
-убить не убьют, но наказание нести придется.
-какое наказание?- не унималась Лика.
- пока у нас никто не сбегал.- Уклончиво ответил Вадим.
Хотя наказанием и являлось беседа с Яромиром который решал дальнейшую судьбу беглеца. За историю существования павильона был всего один такой случай. Антон теперь на их стороне. Да ему пришлось нелегко в самом начале превращения. Зато теперь он на их стороне и вспоминает случившееся как подарок судьбы. Не войдя тогда в кабинет отца возможно Антона среди них и не было бы.
-что будет со мной?- продолжала Лика, получая все больше вопросов чем ответов.
- скоро узнаешь. Пойдем я провожу тебя до твоей комнаты.
Когда они были в ресторане Вадима удивила реакция отца. Когда тот сказал что она похожа на мать он все понял. Впервые отец указал ему на девушку которая походила на мать. Вадим был удивлен. Он решил, во что бы то ни стало увидеть то фото, которое отец так тщательно прячет от него.
Яромир сказал ему, что он не должен отпускать ее. Что должен быть с ней. На что Вадим и ответил. Пусть сама решает.
Дойдя до комнаты, Вадим остановился, достал электронный ключ и открыл дверь. Он пропустил Лику вперед. Она вошла в комнату. Там уже горел приглушенный свет.
- я только возьму кое-какие вещи и пойду в другую комнату неподалеку, - сказал Вадим.
- это твоя комната?- удивилась Лика.
- да,- Вадим направился к шкафу и начал пересматривать вещи. Взяв все необходимое, он направился к двери.
- но зачем ты мне ее уступил? - Лика была в замешательстве.
- думал здешняя обстановка тебе понравится больше, чем в других комнатах.
-а что в других комнатах? - не унималась Лика. А сама подумала "гробы?"- и тут же пожалела об этом. Вадим резко повернулся к ней.
- прекрати это все!- сказал он. - Нет там гробов! Пойдем!
Он схватил ее за руку и потащил в соседнюю комнату. Открыв дверь, он толкнул Лику вперед. Комната была почти пуста. Там стояла лишь кровать. Стены и пол были белыми. Все напоминало комнату в какой-нибудь больнице. Лику передернуло. Да окажись она в такой комнате она бы даже просыпаться не стала. Вадим резко развернул ее к себе лицом и заглянул в глаза,- нравится?- спросил он.
- нет, - правдиво сказала Лика.
Она посмотрела на свою руку которую все еще крепко сжимал Вадим. Он сразу же отпустил ее. На запястье красовался небольшой синяк. Лика потерла руку. Вадим нежно взял ее руку и поцеловал больное запястье. - Прости,- произнес он,- я не хотел делать тебе больно. Правда.