— Не стану больше задерживать вас, гражданин, — сказал Шовелен. — До рассвета вы можете три-четыре часика поспать, а мне осталось еще много работы. Доброй ночи!
— Доброй ночи! — машинально произнес Сен-Жюст, со свечой в руке провожая гостя.
Вернувшись в свою комнату, Сен-Жюст запер дверь на ключ, зажег лампу, разложил на столе обугленный кусок бумаги и внимательно, почти с благоговением, перечел написанное. Его глаза были полны слез, но он не стыдился их: ведь никто не видел его. По сохранившемуся отрывку он восстановил целое письмо и написал по памяти верную копию, прибавив от себя несколько слов к Маргарите.
«Вот что я получил от Перси через Шовелена. Я ничего не спрашиваю и ничего не понимаю. Он написал письмо, которому я слепо повинуюсь.
В предыдущем письме он прибавил, чтобы я безусловно повиновался ему. Считаю долгом предупредить тебя, что Шовелен желает, чтобы ты присоединилась к нашему путешествию. Перси об этом не знает, иначе он не поехал бы. Его враги боятся, что у него в голове уже созрел план собственного освобождения и того, как поместить дофина в безопасное место. Этот план они надеются уничтожить тем, что возьмут нас с тобой заложниками. Одному Богу известно, как охотно я отдал бы жизнь за нашего вождя; но твоя жизнь, милая Марго, мне дороже всего на свете. Думаю, я поступаю справедливо, предупреждая тебя. Господь да поможет всем нам!»
Вложив эту записку в копию письма Блейкни и запечатав конверт, Арман спустился по лестнице и с трудом достучался до привратницы.
— Вот письмо к моей сестре, — сказал Арман. — Она живет на улице Шаронн, недалеко от укрепления, и должна получить его не позже, чем через час.
Привратница в ужасе всплеснула руками.
— На улице Шаронн, недалеко от укреплений! И через час! — воскликнула она. — Пресвятая Дева! Да это невозможно! Кто возьмется за это? Да и как туда добраться?
— Добраться туда необходимо, — твердо произнес Арман, — и немедленно; это вовсе не далеко, а здесь посланного будут ожидать пять золотых луидоров.
Глаза бедной труженицы загорелись при мысли о пяти луидорах. Ведь при бережливости на это можно прокормиться по крайней мере два месяца!
— Давайте письмо, гражданин, — сказала она.
— Я только оденусь потеплее и сама снесу его. Мальчишке не годится идти туда в такой поздний час.
— Принесите мне коротенький ответ от моей сестры, — проговорил Арман, которого тяжелые условия научили быть осторожным. — Как только вернетесь, приходите ко мне в комнату с ответом, и вы тотчас получите пять луидоров.
Привратница скоро была готова. Дав ей последние инструкции, Арман проводил ее до дверей. Была темная ночь, шел мелкий дождь. Подождав, пока его посланная скрылась в тумане, Сен-Жюст с тяжелым вздохом вернулся в свою комнату.
Глава 13
В маленькой комнатке над лавкой старьевщика Люкаса сидели Маргарита Блейкни и сэр Эндрю Фоукс. На столе перед ними лежало письмо Армана рядом с копией письма Блейкни. Отправив брату с его посланной короткий, ободрительный ответ, Маргарита немедленно вызвала к себе сэра Эндрю, поселившегося в том же доме, чтобы быть постоянно у нее под рукой.
До рассвета оставалось еще около часа, и на дворе было совсем темно. В оконные стекла стучал мел кии дождь со снегом, а ледяной ветер задувал в щели в стенах старого дома. Однако ни Маргарита, ни Фоукс не замечали холода. Завернувшись в плащи, они не обращали внимания на струйки ледяного воздуха, заставлявшие пламя небольшой, стоявшей на столе лампы колебаться и коптить.
— Теперь я понимаю, что подразумевал Перси, когда брал с меня обещание не вскрывать этого пакета до тех пор, пока нам с вами, сэр Эндрю, не покажется, будто он готов совершить низкое предательство, — произнесла Маргарита тем спокойным тоном, каким люди говорят в минуты безграничного отчаяния. — Он-то предатель! Господи! — Она остановилась, чтобы подавить готовое вырваться из груди рыдание, а затем продолжала прежним спокойным тоном: — Вы так же, как и я, думаете, что пришло время распечатать пакет?
— Без всякого сомнения, леди Блейкни, — серьезно ответил Фоукс. — Полагаю, что у Блейкни уже две недели назад был готов план, который он теперь приводит в исполнение. Не могу поверить, что такому человеку, как Блейкни, суждено погибнуть от руки этих негодяев.
В устремленных на него прекрасных глазах Маргариты светилась бесконечная благодарность за эти слова. Да, десять дней прошло с тех пор, как она виделась с мужем. С того дня она постоянно старалась отогнать от себя преследовавшие ее страшные видения, но не могла не думать о все возраставшей слабости Перси, о возможном помрачении этого блестящего ума, о постепенном исчезновении физических сил в этом могучем организме.