Я аккуратно закурил, и чуть приоткрыл боковое окошко чтобы дым уходил наружу, до меня тут же донеслись звуки поднимающегося ветра. Сразу же в голову пришла мысль, как этим воспользоваться. Не теряя времени, выбрался из кабины пилота, проскочил грузовой отсек, и открыв наружную дверь выбрался из самолета. Добежав до передних колес шасси, выдернул из-под них стояночные башмаки, затем, тоже самое проделал и с задним рулевым колесом. Затем, вернувшись обратно на борт, закрыл входную дверь, и вновь усевшись за штурвал самолета, придавил большим пальцем гашетку стояночного тормоза, и откинул в сторону удерживающий ее предохранитель. Отпустив гашетку, буквально почувствовал, как тормозные колодки расцепились, и самолет чуть толкнуло вперед. Правда на этом все и завершилось, ветер оказался не настолько сильным, как ожидалось. Но даже если сейчас ветер останется прежним и меня не отнесет в сторону, не нужно будет беспокоиться о том, что под колесами, что-то мешает движению, в самый нужный момент. Поставив самолет на стояночеый тормоз, я откинулся в кресле выжидая положенное время.
Осмотревшись в кабине заметил висящий на боковой переборке планшет, в котором обнаружилась карта полета, и позывные. Кроме того, в отдельном пакете нашлись документы на мотоцикл, с чеком магазина, паспортом и всеми остальными бумагами. Не знаю насколько все эти документы будут выглядеть легитимными там куда я прилечу, но хотя бы на это, есть хоть какая-то надежда. Согласно маршрутной карте, мне следовало идти на северо-восток, и следующим аэропортом «подскока», значился какой-то местный аэропорт под Усть-Каменогорском. Позывной же давал возможность как-то, хотя бы на какое-то время успокоить наземные службы, и не поднимать тревогу в том случае, если кто-то заинтересуется моим направлением полета, в сторону границы
Я взглянул на часы. Время уже перевалило за полночь, и теоретически можно было пытаться взлететь. Но я решил немного повременить, и оказалось поступил правильно. В сторожке, где располагалась охрана, вдруг погас свет, и из домика выползли три явно пьяных мужика, цепляющихся друг за друга. Поднявшись со своего места, я прильнул к открытой форточке и увидел, и даже услышал разухабистую песню, донесшуюся до моих ушей. Мужчины же, придерживаясь друг за друга, вышли за калитку, и не прекращая своего исполнения русских-народных, отправились куда-то по улице. Все говорило о том, что основательно выпив, мужики забыли о том, что что-то там охраняют и решили отправиться по домам, а может захотели добавить и отправились за очередной бутылкой. Скорее всего все и было именно так. Мысленно пожелав им счастливого пути, и выждав еще около получаса, заодно выпив кружечку чая и дойдя до выхода, чтобы оправиться, потому как в полете некогда будет этим заниматься, я решил, что пора.
Убедившись, что мне ничего не мешает, попытался запустить двигатель. К моей радости сделать это удалось с первого раза. Приборы тут же ожили, в кабине зажглись пара лампочек, и я, пройдясь взглядом по приборам, убедился, что все в порядке, и самолет готов отнести меня куда угодно. Тем более что датчик топлива показывал действительно полные баки. Слегка прогрев двигатель, прибавил обороты, включил фары, о которых упоминал пилот, и даже обрадовался, увидев достаточно сильное освещение пути, впереди самолёта, которое наверняка пригодится мне во время перелета через горный массив. И потихоньку направил птичку в начало взлетной полосы. Добравшись до нее, развернул самолет в нужную сторону, добавил оборотов двигателю, доводя температуру до нужной точки, а затем отпустив тормоз и прибавив на полную газ, пошел на взлет.
Глава 4
4
За счет того, что пришлось взлетать против ветра, пусть и не слишком сильного. Разбег оказался совсем небольшим. Самоет не успел пробежать и сотни метров, когда набегающий поток поток воздуха, подхватил его и тот встал на крыло. Вдобавок ко всему и набор высоты тоже пошел достаточно легко. Это была эйфория, ни с чем не сравнимая радость того, что я снова в небе, и лечу. Мне хотелось одновременно и петь, и кричать от радости, и я едва сдерживал свои порывы направляя самолет все выше и выше в небо. Сориентировавшись по компасу, повернул на юг и с набором высоты углубился в горы. Через несколько минут ожила включенная радиостанция. Объявив свой позывной, доложил о сильном ветре, который меня сносит к югу, и с которым я с трудом справляюсь, и запросил место аварийной посадки, сказав, что согласно выданному маршруту, должен был направться в сторону Усть-Каменогорска, но ветер оказался настолько силен, что я с трудом удерживаю самолет в воздухе, и молю всех богов, чтобы все окончилось благополучно.