В закрывающемся шкафчике над полочкой, на которой всегда стоял примус, нашлась наполовину использованная двухсотграммовая пачка растворимого кофе, и два завязанных пакета, в одном из которых находилось около килограмма муки, в другом соль, смешанная с кое-какими приправами. Нечто подобное мне когда-то встречалось и в США и очень нравилось, поэтому и была куплена уже здесь. К немалому удивлению, на самом дне рюкзака, обнаружился целлофановый пакет, в котором обнаружились три пакета с концентратами вермишелевого супа, пакет горохового супа, и два брикета ягодного киселя, купленные еще в Союзе.
В отличии от консервов, эти супы, при текущей температуре, могли храниться гораздо дольше. Да и готовить их было много проще, чем что-то иное. Питьевой воды, оказалось немного всего около десяти литров. Впрочем, на приготовление пищи этого должно было хватить, а для утоления жажды, вполне подойдут кокосовые орехи. Причем выяснилось, что не созревшие, гораздо лучше утоляют жажду, чем спелые плоды. Но так или иначе, засиживаться здесь надолго не стоило, а мне предстояло довольно много работы, для переоборудования катера, для дальнейшего плавания. Сейчас же, первым делом стоило хорошо подкрепиться, тем более, что кроме съеденных булочек ночью, и пары выпитых кокосовых орехов я ничего не ел.
Вспомнив еще об одном предмете, которым я запасался еще в Союзе, заново перебрал свой рюкзак, но так и не обнаружил в нем катушки с платиновой проволокой. Похоже в какой-то момент, я переложил ее в боковой прицеп мотоцикла, а когда лишился его из-за взрыва, мысли витали где-то в стороне. И я просто не полез в воду, чтобы найти ее там. Одним словом мечты разбогатеть продав пять килограммов платины, канули в лету, хорошо хоть сам остался жив.
Сейчас первым делом, собрав валяющийся на берегу хворост и принесенный морем плавник, устроился чуть в стороне от катера, и решил приготовить себе ужин. Проще всего, было соорудить что-то из говяжьей тушенки с рисом. К тому же имелись некоторые опасения, касающиеся того, что при местной жаре, консервы долго не сохранятся, именно поэтому, я и решил соорудить себе что-то вроде рисовой каши.
Пока готовился обед вытащил из транцевого рундука все три канистры, в которых когда-то находилось топливо для лодочного мотора. Из большого бака, удалось перелить остатки топлива в одну из канистр, заполнив ее почти под самое горло, и в бачок примуса, который совсем не пострадал, и с помощью найденный в инструментах пары шурупов, я прикрутил примус к столику, надеясь, что если в будущем попаду опять в шторм, то это удержит примус на своем месте. Канистру с запасом бензина засунул в нижний шкаф и прикрутил ее там веревкой, для надежности. Оставшуюся канистру и бывший топливный бак, постарался как можно лучше отмыть от когда-то находившегося в них топлива. Использовал все что только возможно. Песок, глину, и даже мыло, которое поскоблил ножом, и долго бултыхал внутри бачков. Если канистру удалось отмыть достаточно легко, то с топливным баком все выглядело гораздо хуже. Но мне край нужны были емкости для воды, поэтому я старался изо-всех сил, тем более, что небо опять заволакивало тучами, и я надеялся, что начавшийся дождь поможет мне собрать воду. В итоге решил, что легкий привкус бензина не самое большое зло и на этом успокоился. Зато у меня появилось достаточно емкостей для воды, которых должно было хватить на любое путешествие. И это было гораздо лучше, чем перегружать свою лодку кокосовыми орехами.
К вечеру, как и ожидалось хлынул самый настоящий ливень. Но я к этому моменту, был уже готов. На берегу на вбитых колышках уже был растянут тент, предназначавшийся для сбора дождевой воды, приготовлены все емкости, до которых я мог дотянуться, а сам я раздевшись почти догола, в одних трусах, метался по берегу, собирая падающую с неба воду, и разливая ее по всем имеющимся у меня емкостям. Поспать конечно почти не удалось, но зато, удалось собрать почти сто литров воды для будущего плавания, прополоскать в струях дождя, заблаговременно развешанную везде, где только можно свою одежду, которая после недавней сушки стояла чуть ли не колом из-за того, что до этого подверглась действию соленой воды. И еще часть не разлитой по емкостям воды, осталась в парусине, которую я развертывал для ее сбора. Так что, пока парус не занял свое законное место, я пользовался той водой, что плескалась на его поверхности. Надолго правда ее не хватило, уже к вечеру следующего дня, лна не только испарилась с этого куска ткани, так еще и сама ткань полностью просохла. Все-таки близость экватора дает о себе знать.