Причиной этому стало сразу несколько факторов. Во-первых, это был герой войны во Вьетнаме, одной из высших наград страны, и одно это выводило этого человека на такой уровень, о котором ему, обычному секретарю посольства трудно было даже представить.
Во-вторых, майор Бандерас, как следовало из пояснительной записки, сопровождающей его данные, пропал при невыясненных обстоятельствах, в центре абсолютно лояльного города в отношении Соединенных Штатов. Может люди, населяющие это место, и выражали свое возмущение, по поводу оккупации, присутствия на острове представителей США, сующих свой нос во все дела автономии, но все это было скорее напускное, и никогда не выливалось в беспорядки и демонстрации. А уж отношение к военным «старшего брата» и вовсе всегда было «почтительно уважительным». И ни разу не случалось такого, чтобы кто-то из местных «bandido» покусился на честь и достоинство офицера. Здесь же, мало того, что Серхио Бандерас пропал без вести, считай в центре Сан-Хосе, вдобавок ко всему никто так и не взял на себя ответственности за пропажу этого человека, а это уже выходило за всякие рамки.
В-третьих, и это было одной из главных причин, за любые сведения, касающиеся майора, вплоть до указания места захоронения, если он к моменту обнаружения окажется мертв, обещали пятьдесят тысяч долларов, вознаграждения. Причем награда до сих пор была активна, несмотря на то, что с момента его пропажи прошло больше трех лет.
И наконец, четвертым фактором, хотя наверно более важен, был именно третий, уж очень хотелось получить вознаграждение, Джим Салис был когда-то лично знаком с Серхио Антонио Бандерасом. Пусть недолго, можно сказать мимолетно, но тем не менее на всю жизнь запомнил это улыбающееся лицо и слегка насмешливый голос:
— Ты бы не парился, лейтенант, до конца рейса, и скорее всего и дальше, ты здесь стюард и не более того. Так что иди готовь кофе и изучай доступные рецепты приготовления дежурных блюд. Да, и скажи спасибо, что генерал Бергман предпочитает девочек.
Тогда, эти слова заставили лейтенанта, сильно покраснеть, а по прибытию на место, тут же написать рапорт о переводе, несмотря на то что, для получения этого назначения были затрачены огромные средства семьи. Тогда в нем сыграла гордость, он просто не понимал, какое место службы ему досталось. Сейчас можно сказать прозябая на должности, какого-то там по счету секретаря посольства, без какой-либо надежды на карьеру, он прекрасно осознавал упущенные возможности, и надеялся все-таки когда-нибудь, вновь попытаться поймать удачу за хвост. И сейчас, увидев на экране улыбающееся лицо этого человека, тотчас сообразил, что судьба дарует ему такой шанс. Пусть даже он не сможет вырваться из тисков нынешней должности, но хотя бы сделает такую попытку. Ну или в качестве утешительного приза, получит предлагающееся вознаграждение.
Доклад представленный им его непосредственному начальнику, не произвел у того, сколь-нибудь большого впечатления. Впрочем, докладывая о звонке из полицейского департамента, Джим, намеренно опустил некоторые детали, связанные с вознаграждением и за сведения, касающиеся этого человека, но зато упомянул о его наградах. Все-таки «Крест ВВС США» которая считается высшей наградой ВВС и второй по старшинству в общей системе военных наград страны, стоит пролитой за нее крови.
Может быть именно поэтому, или же из-за упоминания о том, что когда-то он Джим Салис, лично знал этого человека, и послужило толчком к тому, что именно его и командировали, для проверки поступивших сведений, и сопровождения этого дела в дальнейшем. И Джим, оформив командировочное удостоверение, и прихватив все нужные документы, для того, чтобы провести опознание, уже на следующий день вылетел из порта Сиднея в Перт, где нужно было пересесть на чартерный рейс направляющийся на остров Рождества.
Глава 11
11
Уже к полудню следующего дня, все завертелось, юлой. Прибывший, смутно знакомый представитель посольства, с первого взгляда на меня, воскликнул.
— Да, это именно мистер Бандерас!
Долго тряс мою руку, поздравляя с успешным возвращением на родину. Я же несколько удивленно вглядывался в его физиономию, не понимая, где же я мог его видеть, и откуда он меня знает. Впрочем, следующие его слова несколько всколыхнули мою память, и я наконец вспомнил. Точнее говоря, вспомнил, что тот случай, с приданным мне молодым лейтенантом ВВС, действительно имел место, хотя сам парень, совершенно не отразился в моей памяти, да и видел я его тогда, мельком. Хотя если посудить, сейчас важнее скорее то, что именно он знает меня, а не наоборот.