И вот теперь Игорь в который раз настойчиво разглядывал фотографию, изображавшую двух мужчин, сферу и пульт в неизвестной комнате, надеясь только на свое наитие. На то, что лучик света, наконец, скользнет по покрытому мраком сознанию. Но, видимо, для сознания этого было слишком мало.
Посидев еще немного, Трилицев выключил проекцию. Рабочий кабинет, половину которого занимала фотография, вновь стал целым, Игорь со вздохом поднялся из кресла и размял затекшие суставы. И вновь и опять мимо. Взгляд тягостно скользнул вверх, туда, где над рабочим столом висела репродукция. А ведь этот снимок когда-то был особо значимым для него, не зря же он сделал его копию.
- Эльвира, а ты можешь сказать, кто изображен на снимке? - у Игоря еще оставалась надежда на нестареющую память своего ассистента.
- Вы и Иосиф Бронштейн, - ответ последовал еще до того, как его бывшая напарница вошла в кабинет.
- А когда сделан снимок?
- Таких данных я не имею.
- Стерты?
- Блокированы, - биоробот спокойно стояла перед хозяином.
- Странно... Зачем? И у меня тоже дата создания везде удалена. Кто-то очень хорошо покопался в моем компьютере. Мыслей нет?
- Нет, - после того, как они вновь оказались в своем времени, и Эльвире больше не приходилось походить на человека, постепенно у нее практически начисто отключилась эмоциональная составляющая. Теперь это был или была бездушный, начисто лишенный каких бы то ни было душевных эмоций механизм.
- Тоже прекрасно...
Игорь негромко хлопнул по крышке стола и подошел к балконной двери. На этот раз система не стала запрашивать его согласия на установление комфортной температуры, а просто открыла дверь в знойную атмосферу города. Зато по мере приближения к перилам настойчивый нудный голос все же выдал целую тираду об опасностях, связанных с падением с большой высоты, а сразу под балконом на некоторое время образовался пламенно-красный прямоугольник, отметивший вероятную зону риска. И если первые назойливые напоминания Игорю еще удалось как-то отключить, то вторые, связанные с угрозами для жизни, были, похоже, не отключаемы.
Мужчина облокотился на перила, подставил лицо разгоряченному ветру. Жарко, но приятно. Дом располагался на самом краю города, и с балкона открывался прекрасный вид на густой, темно-зеленый лес, начинавшийся сразу за окраиной и не имевший конца на столько, на сколько хватало глаз.
Этот вид всегда так успокаивал Игоря. И это он хорошо помнил. Настоящая реальная природа, а не какой-то суррогат из заснятых и обработанных на компьютере снимков. Конечно, это нельзя отключить или заменить, и за окном всегда будет одно и то же. Но все равно, он искренне не понимал людей, готовых ради моды переселиться под землю и сменить натуральное на фантом. Впрочем, они также и по тем же причинам могли не понимать и его.
Густой воздух, не всегда с приятными запахами, жара и солнце, заставляющие прятаться в тень, но, как ни странно, думалось при всем этом намного лучше. Игорь мог бы постоять здесь еще, но требовалась проверка новой идеи.
- Эльвира, - позвал он напарницу. - Этот Бронштейн, кто он?
- Управляющий системы инициированных миров. Назначен практически сразу, как только использование сфер было одобрено к использованию для широкого круга людей.
- А до него кто был?
- Несколько человек. Первым - некий Франц Целлеш. Считается, что именно он и является главным разработчиком всей системы.
- Тогда причем на этом снимке рядом с Бронштейном я?
- Не знаю. Вероятно, как один из самых первых пользователей.
- А Целлеш? Можешь показать его фотографию?
- Данные снимки являются личной собственностью обладателя и для широкого показа блокированы.
- Странно. Такая слава...
- Вероятно, он не желает славы. Такое тоже случается. Секундочку... - Эльвира будто на мгновение отключилась и вскоре вновь вернулась в свое обычное состояние. - К вам хочет войти ваша соседка. Вы разрешите?
- Тебе-то это откуда известно?
- Сигнал от ее надомника, U235-40.
- Впускай. Только имя узнай.
- Эльвира, - напарница посмотрела в непонимающие глаза Игоря и уточнила. - Вашу соседку зовут Эльвира. Возможно, меня вы назвали в ее честь. Открываю дверь, встречайте.
Появившаяся на пороге девушка заставила оцепенеть Трилицева. Самый настоящий ступор. Все слова приветствия, галантное поведение, которые только что Игорь прикидывал в уме, испарились. Остался только комок в горле да сковывающие гортань путы. Этого он даже не мог себе предположить...
Вида Эльвиры. Вернее, того, во что та была одета.
На тело молодой, на вид двадцатипятилетней блондинки, с миловидным личиком было накинуто нечто вроде сари, но не из материи, а из некоего подобия рыбацкой сети. Крупная ячея из толстой золоченой нити делилась на несколько более мелких посеребренных, ажурно переплетаясь в несколько рядов, и все это частью было небрежно накинуто на плечи, а частью подчеркнуто свободно свисало вниз и даже волочилось великосветским шлейфом по полу. И, хотя сеть в конечном итоге была достаточно частой, в ней оставалось достаточно просвета, чтобы во всех прелестях являть Игорю точеную фигуру соседки, способную поспорить с самыми именитыми моделями. При этом нижнего белья на Эльвире видно не было.