"Мровр", - снова сказал Паунсер. Зевок обезьяны обнажил пасть, полную острых зубов. В нем также говорилось, что идея быть личностью показалась Паунсеру не совсем приятной.
Смеясь, Ланиус сказал: "Он заставил нас прислуживать ему по рукам и ногам. В любом случае, он должен так это видеть. А почему бы и нет? Что нам делать, кроме как давать ему то, что он любит есть?"
"Он должен выступить перед ними", - сказал Коллурио.
"Он, вероятно, думает, что обучил нас, а не наоборот. И кто скажет, что он ошибается?" Ланиус почесал Паунсера за челюстью. Обезьяна вознаградила его скрипучим мурлыканьем.
Коллурио бросил на него любопытный взгляд. "Тренеры постоянно говорят подобные вещи, ваше величество. "О да, эта собака научила меня тому, что мне нужно знать", - скажут они, а потом будут смеяться, чтобы показать, что на самом деле они так не думают — даже когда они это делают. Но я никогда раньше не слышал, чтобы кто-то вне профессии так разговаривал ".
Изумление отразилось на его лице, когда Ланиус поклонился ему. "Я благодарю вас. На самом деле, я очень вам благодарен", - сказал король. "Вы только что сделали мне отличный комплимент".
"Ваше величество?" Теперь Коллурио откровенно колебался.
"Я всего лишь любитель, любитель дрессировки животных, но ты сказал мне, что я говорю как человек, который зарабатывает этим на жизнь", - объяснил Ланиус. "Если это не комплимент, то что же тогда?"
"О". Смешок Коллурио был резким. "Я понимаю, о чем ты говоришь. Без обид, но ты бы не казался таким гордым тем, что говоришь как дрессировщик животных, если бы ты действительно был им."
"Может быть, и нет, но никогда не знаешь наверняка", - сказал Ланиус. "Это честная работа. Так и должно быть. Животные выставлены на всеобщее обозрение. Либо они будут делать то, чему ты их научил, либо, будь они прокляты, не будут ".
"Всегда бывают моменты, когда они не будут хорошо проклинаться", - сказал Коллурио. "Никому не нравятся такие времена, но они бывают у всех. Любой, кто пытается сказать вам что-то другое, - лжец. Это те дни, когда ты возвращаешься домой, говоря своим собакам, что они не отличат овцу от волка, а твоим кошкам, что им самое место в рагу из кролика ".
Это озадачило Ланиуса. "Зачем кошке тушеное мясо из кролика?"
На этот раз Куллурио низко поклонился ему. "Есть вопрос, который задал бы король. Когда вы говорите своим поварам, что вам нравится рагу из кролика, вы уверены, что получите настоящего кролика. Любой другой, если только он сам не поймал своих кроликов — и не приготовил их сам, — вероятно, задастся вопросом, не ест ли он вместо этого кролика с крыши. "
"Раб на крыше? О!" Ланиусу всегда нравилось хорошее, острое рагу из кролика. Теперь он задавался вопросом, сколько раз мяукнул бы его кролик. У Коллурио были преувеличенные представления о том, насколько король может влиять на своих поваров. Команда на кухнях вполне могла бы посмеяться, прикрыв рот ладонями, над идеей одурачить своего суверена. "Я не уверен, что когда-нибудь снова буду думать о том, чтобы есть кролика таким же образом".
"Мне жаль, ваше величество", - сказал Коллурио.
"Не стоит. Всегда интересно подумать о чем-то новом". Ланиус снова почесал Паунсера. "Тебе было бы все равно, так или иначе, не так ли? Насколько тебе известно, это все мясо ".
"Мровр". Для Паунсера это был единственно возможный ответ.
"Как ты думаешь, он может научиться… тому, чему я хочу, чтобы он научился?" Ланиус спросил Коллурио. Он не хотел говорить слишком прямо. Неизвестно, кто мог подслушивать, даже если в пределах слышимости не было обычного смертного.
Тренер сказал: "Он достаточно умен, в этом нет сомнений". Паунсер выбрал этот момент, чтобы зевнуть, что рассмешило обоих мужчин. "Да, он достаточно умен, но он действительно кот", - продолжил Коллурио. "Достаточно ли он заботится — ах, это другой вопрос". Ланиус посмотрел на Нападающего. Может ли судьба королевства зависеть от того, достаточно ли обезьяне небезразлично? Он боялся, что это возможно.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Нужно пересечь еще одну реку. Грас посмотрел на южный берег, который был выше того, на котором он находился. Несколько всадников ментеше рысью сновали взад-вперед недалеко от воды. Время от времени кто-нибудь из них натягивал лук и пускал стрелу в аворнийскую армию. Лучники Граса отстреливались, но большая часть их стрел падала в реку. Луки кочевников превосходили их собственные.