– Мама, это ураган.
– Я же тебе говорила. Вставай. У нас много дел. Ты никогда не видела урагана, а я видела. Я знаю, что надо делать. Нам придется поработать. Мне вовсе не хочется, чтобы были испорчены мои красивые ковры.
Гарден казалось, что они работали не меньше ста часов. Подрезали фитили и наполняли маслом лампы, скатывали ковры, поднимали их на каминные полки, стаскивали мебель в углы, подальше от окон, снимали занавески, прибивали крест-накрест брусья к штормовым ставням, хранившимся на чердаке. Крошечная Маргарет действовала с бешеной энергией. Она поднимала, двигала и таскала мебель вместе с Гарден, во всем обгоняя свою молодую и сильную дочь. О сердце она даже не вспоминала.
Убедившись, что сделано все необходимое, Маргарет сказала:
– Ну что ж, этот дом выдержал немало ураганов. Еще один ничего не изменит. Пойдем-ка вниз и заглянем в холодильник. Я очень довольна, что не обзавелась одной из этих новомодных электрических штучек, как ты. Когда отключат свет, еда моментально испортится.
– Ты голодна? – Гарден была поражена. Желание есть в такую ночь казалось ей слишком заурядным.
– Умираю с голоду. Вполне можно поесть, потому что спать нам сегодня не придется. Будет слишком шумно. Лучше поиграем в монополию.
Ветер бился в стены дома, сотрясал ставни, пытаясь проникнуть внутрь. Гарден была напугана.
– Не смотри так, словно увидела привидение. Идем. Это надо просто пересидеть. Это только начало. Дальше будет гораздо хуже.
Гарден не поверила ей. Ничего не может быть хуже этой яростной атаки. Но вскоре она поняла, что Маргарет права. Вой ветра перешел в рев, становившийся все ниже и громче. Ураган превратился в бешеного, дикого зверя, обезумевшего от ударов о стены в попытке найти какую-нибудь лазейку. Дом содрогался от ударов. Гарден каждый раз испуганно вздрагивала. Потом раздался взрыв.
– О Боже! – вскрикнула Гарден.
– Это окно. Скорей, Гарден! Надо заткнуть его.
Маргарет схватила сорванные ветром занавески и побежала в переднюю. Гарден взяла фонарь. Дождь хлестал прямо в дом, ручьем стекая по лестнице вместе с осколками стекла.
– Помоги! – крикнула Маргарет.
Гарден взяла у нее занавески и заткнула ими зияющую дыру с силой, рожденной отчаянием.
– Так не удержится, – сказала Маргарет. – Надо что-то прибить сверху. Принеси столешницу от кухонного стола. Я пока подержу затыку.
Им все-таки удалось прижать к окну доску и прибить ее. Но она содрогалась от напора ветра, грозила оторваться, и никакое количество вбитых гвоздей ничего не меняло.
– Мама, я боюсь, – сказала Гарден.
И тут Маргарет напугала ее еще больше.
– Я тоже боюсь, – сказала она.
Не было уже речи о сандвичах и монополии. Мать с дочерью скорчились рядом на полу в гостиной, окруженные стеной диванов и кресел, ощущая хрупкость и ненадежность такой защиты от неослабевающего напора вихря, пролетавшего над широким простором залива и с грохотом обрушившегося на высокие гордые дома, стоявшие на набережной. Гарден терзалась мыслями об Элен.
– Господи, ну пожалуйста, – молилась она, – сделай так, чтобы с ней все было в порядке. Чтобы она не слишком испугалась. Я отпущу ее с радостью. Только бы с ней ничего не случилось. Я ничего больше не прошу.
И вдруг это прекратилось. Все. Дождь. Ветер. Шум. Мгновение – и все кончилось. Гарден прикрыла глаза от слепящего солнечного света.
– Что случилось? – спросила она. Ее голос прозвучал слишком громко.
Маргарет плакала:
– Господи, мы выдержали. Стены устояли. Идем, Гарден, у нас мало времени. Надо проверить, что повреждено.
– Я не понимаю. Уже кончилось? Так тихо, что мне хочется кричать.
– Закричишь, когда начнется снова. Тогда я тебя услышу. Это глаз, центр урагана. Не знаю, как скоро он пройдет мимо, но много времени это не займет. И тогда все начнется снова, только еще сильнее.
Они лихорадочно перебегали из комнаты в комнату, подставляя ведра под протечку, вбивая дополнительные гвозди в расщепленные бурей ставни, заталкивая плед под прибитую к окну столешницу. Особенно тщательно они готовили комнату, где прятались сами. Гарден собрала все подушки с кроватей и кресел, и Маргарет сложила из них стену внутри их убежища. Они открыли зонты, чтобы соорудить хоть какую-то защиту от летящих обломков на случай, если не выдержат штормовые ставни. Сверху зонты накрыли пледами.
– Налей воды в бутылку. Нам захочется пить раньше, чем все это кончится. – Маргарет опять взяла бразды правления в свои руки. – А теперь нам лучше забраться в нору. Начнется без предупреждения.
Яркий солнечный свет словно смеялся над ними. Он делал надвигающуюся опасность еще страшнее.