В 37-м году вместе с кормчим в одной камере орловской следственной тюрьмы сидел бегун Николай Прохоров (в прошлом контр-адмирал, последняя должность — командир бригады подводных лодок, порт базирования — Мурманск). На первом же допросе он показал, что мир был и остается океаном греха. Поясняя на карте расположение бегунских и союзных им хлыстовских кораблей, Прохоров сообщил следствию, что сам и намеренно выстроил их в боевом порядке, чтобы они уже в январе следующего, тридцать восьмого года могли с ходу атаковать силы зла — среди прочих корабли советского Военно-морского флота. Первая цель — флагман Тихоокеанской флотилии штабной корабль «Красный вымпел». Порт базирования — Владивосток.
Кормчий рассказывал, что в камере этот подводник уже после приговора, перед этапом часами яростно сражался с ним в морской бой, и Капралов было уверился, что решительная схватка добра и зла близится: готовя эскадру, он, будто Нельсон, вновь и вновь проводит с офицерами штабные учения. Однажды кормчий даже его спросил, когда всё начнется, но Прохоров ответил, что не знает, больше того, заявил, что у зла нет своего флота. А враг у нас один — океан греха.
На следствии Прохоров утверждал, что во время потопа последних времен, когда начнется решающее сражение между эскадрами антихриста и кораблями бегунов, Господь, помогая праведным, перекрасит их ковчеги в цвета судов врага рода человеческого. Неразбериха будет такая, что флот антихриста прямой наводкой станет бить по своим, и так, пока всё зло не пойдет ко дну. Пока море греха не сомкнется над самим Искусителем.
Значит, и спасение — в неотличимости добра от зла?
Кормчий спрашивал его и про флагманский корабль. Прохоров сказал, что им станет Ковчег Завета. Когда римляне ворвались в Храм, Господь ушел из Святая Святых, забрал его к Себе на небо. Теперь, в последние времена, Он вернет Ковчег и возглавит сражение.
По рассказам кормчего, на следствии этот Прохоров много путался. Так, во время другого допроса он заявил, что о флоте Иисуса Христа ему говорить непросто. И дальше — имена всех его небесных покровителей на штандартах и видны издалека. Некоторые даже вышиты мелким речным жемчугом. Изготовлены они со всем тщанием, чего, к сожалению, нельзя сказать о самих кораблях. Весь флот — переделанные на скорую руку обычные русские хаты, прежде они давали приют бегунам, странникам, другим божьим людям, спасающимся от греха, и вот теперь спущены на воду. Многие избы ставились больше века назад прямо на землю, без фундамента, без краеугольных камней, оттого нижние венцы сгнили, но на строительство кораблей что хорошего дерева, что трухлявого пошло на равных.
Ясно, что мореходность подобных судов невелика, и, взбираясь на любую, даже невысокую волну, они немилосердно скрипят, так и кажется — сейчас развалятся. Но и без волны всё воистину держится на честном слове, да и, как и без него, Прохорова, понятно, на молитвах праведников, которым этот ковчег дал кров. Обрати внимание, дядя, начальником штаба у Иисуса Христа Прохоров назвал адмирала Чичагова, того самого, без которого никогда не было бы фрака цвета наваринского дыму с пламенем.
Продолжая давать показания, Прохоров теперь заявил, что основательно о ходе сражения он еще не думал, но, по первым прикидкам, оно будет идти следующим порядком. Благодаря лучшему вооружению и оснастке поначалу одолевает эскадра антихриста. К середине боя после жаркой артиллерийской канонады ей удастся прорваться сквозь строй судов, прикрывающих флагманский корабль Христа, и всем скопом своих фрегатов, эсминцев и броненосцев его окружить. Антихрист уже изготовился отправить Спасителя на дно морское, как вдруг делается понятно, что положение Иисуса Христа отнюдь не так плохо и это окружение — ловушка для врага рода человеческого. Он уже заглотил главную приманку незаурядного стратегического плана, который разработал адмирал Чичагов, и теперь на крючке.
Ты, дядя, наверняка помнишь, как у Свифта Гулливер, бечевкой связав все корабли Блефуску, разом пленил их флот; подобную западню Чичагов приготовил и для антихриста. Едва сатана для решающего штурма сосредоточил свои корабли в один кулак, в дело, будто засадный полк, вступает Дева Мария. До этого, по плану Чичагова, участия в сражении она не принимала и штандартов с ее именем на кораблях тоже не было.