— Господь с вами, сударыня! Я даже стул не могу изобразить, ножки выходят кривыми. Чарлз и Фредерик вечно насмехались надо мной, когда мы были детьми. Ох, как же я была рада покинуть навсегда классную комнату, зная, что старая злюка мисс Марчмонт больше не будет бить меня по рукам за кляксы и помарки в тетрадях, за невыученный отрывок или выведенные криво строки. Мне думается, одна из величайших радостей, которые мы обретаем с возрастом, — это уверенность, что никогда больше не понадобится вновь получать образование. Вы не согласны со мной, мисс Прайс? Неужели вы не питали отвращения к учению?
— О да, случалось, — призналась Сьюзен, обезоруженная очаровательной легковесностью мисс Харли.
— Но если вы, девушки, не получите должного образования, — с улыбкой заметила миссис Осборн, — то как, скажите на милость, вы сможете наставлять собственных детей, когда они у вас появятся?
— Ох, очень просто, сударыня, — наняв старую злюку мисс Марчмонт, чтобы та била их по рукам и отравляла им жизнь. Знаете, она по-прежнему живет в Грешеме, в деревне, и не сомневаюсь, только и ждет случая, чтобы наброситься на бедных деток, вооруженная зонтиком, табакеркой, жестянкой с серой и пастилками из патоки. Помню, как каждое утро у меня падало сердце, стоило ей переступить порог классной комнаты, как я плакала, притворяясь, будто у меня болит живот или зубы, только бы избежать ненавистных уроков; я охотнее предпочла бы, чтобы меня уложили в постель с припарками или заставили выпить микстуру Грегори; а сколько раз я обманывала бедную тетушку Кэтрин, которая всегда была так добра ко мне и верила моим выдумкам о невыносимых мучениях. Ах, а вот и сэр Томас Бертрам воротился. Скажите мне откровенно, сэр Томас, вы не находите, что учение — самое несносное занятие на свете?
Не подлежало сомнению, что жемчужные зубки мисс Харли, безыскусная радость, с которой наслаждалась она собравшимся обществом, ее милая непосредственность и предназначенная Тому чарующая улыбка, таящаяся в уголках миндалевидных голубых глаз, вдобавок нежная, как у ребенка, кожа и прелестные светлые волосы — все вместе без труда убедило бы сэра Томаса согласиться с любым утверждением Луизы, даже самым нелепым. Он улыбнулся мисс Харли, глядя на нее с искренним восхищением, и это так раздосадовало Джулию и ее спутницу, что довольно скоро те поднялись с намерением откланяться, не скрывая надежды, что миссис Мэддокс последует их примеру.
— Как, Джулия, ты нас покидаешь? — небрежно обронил Том. — Но вы ведь только прибыли. Что ж, потрудись передать мой сердечный привет и поклон Йейтсу. Когда мы его увидим? Он не был в Мэнсфилде целую вечность. Кстати сказать, — неожиданно припомнил Том, — что решено насчет поездки на место римских развалин? Ты говорила о ней Йейтсу? Он намеревается к нам присоединиться? А вы не обсуждали наши планы с вашим братом, миссис Осборн? Он уже решил, в какой день готов отправиться с нами в путешествие?
Слова Тома вызвали чрезвычайное неудовольствие Джулии. Она явилась в Мэнсфилд с единственной целью обсудить приготовления к предстоящей поездке, однако в планы ее вовсе не входило приглашать также и мисс Харли, поэтому речь об этом предмете так и не зашла; Джулия намеревалась удалиться, не заговорив о пикнике, но теперь худшие ее опасения сбылись.
— О, вы собираетесь осматривать древние руины? — воскликнула Луиза. — Какая прелесть! Это занятие я обожаю больше всего на свете! Развалины — моя страсть! Надеюсь, дорогой сэр Томас, что моим кузенам, тетушке Кэтрин и мне позволят принять участие в поездке? А вы, мисс Прайс, не находите, что древние руины восхитительны? В их живописном запустении есть нечто невыразимо очаровательное.
— Как ни прискорбно мне огорчать вас, мисс Харли, — ответил Том, — но все же должен сказать, что обозревать руины пока еще невозможно; однако с помощью мистера Уодема, этого великого знатока римских древностей, мы надеемся что-нибудь раскопать.
— О, это вовсе не важно! Как чудно мы проведем время! Быть может, нам удастся обнаружить старинный меч, доспехи или скелет! Ах, надеюсь, мы откопаем скелет, это было бы так ужасно захватывающе! Вот бы мы посмеялись! На какой день намечена поездка, сэр Томас?
Вновь обратились к миссис Осборн, был предложен и после короткого обсуждения назначен окончательно день на следующей неделе. Том заявил, что намеревается пригласить еще нескольких друзей — Оливеров, Монфоров, Стэнли и семейство Ховардов; миссис Мэддокс попросили уведомить о предстоящем путешествии двух ее сыновей; уговорились насчет экипажей, кто с кем поедет; решили, какие будут закуски; словом, обговорили все мало-мальски значительные вопросы.