— Как ты? — выпалил Шон, схватив её за руку. — Тебе лучше? Сильно больно?
— Шон… — вяло улыбнулась Марси. — Не части… Кэп… Прости… Подставилась… Но… я очень хочу дойти… до конца… что там?
— Какой идти? Куда тебе⁈ — вновь залепетал Шон, но стоило Марси бросить в его сторону властный взгляд, парень заткнулся.
Марси вновь посмотрела на меня.
Я прекрасно понимал её чувства. Ведь я тот, кто всегда был для неё примером.
— Хорошо, — я поднялся на ноги. — Раз пришла в себя, выпьешь снадобье. Шон понесёт тебя. Не спорь. Шон, как устанешь — передашь ценную ношу мне.
Шон завертел головой, переводя взгляд с меня на Марси. Но под нашими взглядами он сдался.
— Хорошо, — выдохнул он. — С вами бесполезно спорить. Вы похожи, как брат и сестра.
— Скорее, как дочурка и заботливый папочка, — меланхолично отметил Починкко, оттирая кровь гидры с приклада импульсного ружья.
Мы продолжили путь. Шон всеми силами старался делать вид, что ему ничуть не тяжело тащить на спине ценную ношу. Что прижавшаяся к его голой спине Марси его совершенно не смущает.
Я же держал в узде свои отцовские чувства. Так-то Шон — отличный кандидат.
Но это не значит, что он легко получит моё благословение.
Света постепенно становилось больше, а вскоре мы увидели слева отнорок. Нырнули в него и оказались в просторном подземном зале, который облюбовали люминесцентные бабочки.
Засмотревшись на них, мои товарищи не сразу заметили небольшие сундуки, стоявшие в центре зала.
— Это что же… клад? — с придыханием выпалила Марси, обратив-таки внимание на цель наших поисков.
— Именно, — проговорил я, подходя к сундуку, на котором лежал скрученный пергамент из шкуры нестареющего хряка.
— Что там? Что? — оживился Шон, подойдя ко мне слева.
— Тео! Не томи! — проговорила Марси так бодро, будто её не лихорадит после всех лечебно-восстановительных процедур.
— Хм… — выдохнул Починкко, остановившись справа. Этому парню тоже явно интересно, хотя вряд ли он признается в этом.
Усмехнувшись, я развернул листок и увидел ровные буквы, выведенные красивым почерком:
Богатство, слава, могущество; человек, обладавший всем на свете, Хозяин Морей Леон Джонсон, всё оставил здесь!
— Клад отца… — с придыханием прошептала Марси. — Не может быть… Тут всё, что у него было? Но… как?
Я снова усмехнулся и перевернул листок:
Шутка. На самом деле тут всего лишь мой небольшой складик. Этого добра хватит, чтобы усилить целую эскадру. Можно, конечно, продать и жить припеваючи. Сам решай, нашедший. Слышишь, ты, кто это читает, если ты — не я, то тебе повезло найти мой тайничок. От чистого сердца благословляю тебя — пользуйся. Раз нашёл, значит достоин. Мне не жалко. Только сообщи мне об этом, чтобы я не рассчитывал на это место. Так-то я собирал это добро, если вдруг Лудестия окажется в глубокой морской заднице, и мне потребуется взбодрить ребят. Раз! И у нас куча всяких ингредиентов да немного золотишка. Вот они удивятся, да? Хех, даже Бари… ну это между нами — не любит он, когда его так называют, не знает о моём тайнике. Хотя, полагаю, у него и свои есть — он тоже готов отдать всё ради нашей команды.
Ладно, незнакомец, бывай!
Ну а если это читаю я — удачи тебе, легендарный капитан. Открыл уже поди Восьмое Море?
— Э-э… Мне одному любопытно, кто такой Бари? — нарушил тишину Шон.
— Капитан Барбаросса, очевидно, — ответила Марси резко, а затем тихо проговорила: — Отец… Мы нашли твой клад… Мы… правда, можем взять всё это? А? Тео? Ты чего дрожишь?
— Тео?
— Брат! — Починкко толкнул меня, чем и привёл в чувства.
Я резко развернулся и отошёл на пару шагов, пытаясь взять эмоции под контроль.
Дерьмо медузы! Я и позабыл, что именно написал на этом листке! Я в своём духе, ничего не держу в себе — сокровенные мечты, крепкие узы дружбы!
Ни капли сомнения в своём лучшем друге.
Ни капли сомнения в том, что я уже побывал в Восьмом море.
Ни капли сомнения в том, что и без этого тайника смогу поднять команду из морской задницы.
А что в итоге?
Деловой завтрак…
С-с-ука Бар-р-р-ри! Будто выдернул из меня душу и станцевал на ней в грязных сапогах!
— Тео, с тобой всё хорошо? — Марси взяла меня за руку, а Шон положил руку на плечо.
— Да, — тихо проговорил я, повернувшись к ребятам. — У нас самая лучшая команда.