Она выглянула в щель между стеной и занавеской, чтобы убедиться, что Тохт ушёл, но Лола жестом показала, что он ещё рядом, а потом вышла вслед за ним. Но Ляля знала, что больше, чем на десять метров Лола от пещеры не отойдёт. Ляля подошла к выходу и посмотрела в глубь леса: там среди деревьев маячила фигура Тохта. А Лолы не было видно. Наверное, она зашла в другую пещеру…
Ляля снова посмотрела в спину удаляющемуся Тохту. И всё-таки, куда это он уходит каждый день? Что у него там за «охота» на домашних кур? Как бы это узнать? А ведь Лола может не пустить! Во-первых: испугается, что её, Лялино, явление здесь станет известно тем, кому не надо, во-вторых: Тохт может сильно рассердиться на неё за то, что она скрывала Лялю, и в-третьих: это может помешать ей вернуться на третий уровень, а то и вообще опустят её за все нарушения так называемого порядка в пещеру скОтов 1!
Времени на раздумья у Ляли не было, и она рванула в лес вслед за Тохтом. Тот спокойно шёл вперёд по давно протоптанной тропинке, сбивая палкой верхушки растений, в том числе цветов. Ляле была непонятна эта процедура, а Тохту она, пожалуй, приносила удовольствие, по крайней мере, Ляле так казалось. Эта «война с растениями» была достаточно шумлива, так что Ляля смело шла следом сквозь кусты, не боясь, что будет услышана и обнаружена. Но иногда Тохт останавливался, смотрел вверх, наверное, желая увидеть птиц, которые время от времени пролетали над головой. При этом он покручивал головой из стороны в сторону, и вот тут, чтобы быть незамеченной, Ляля вжималась в высокую траву, отдаваясь страху до кончиков пальцев ног.
Наконец, Тохт остановился у калитки грубо сколоченного забора, зашёл внутрь и прикрыл калитку за собой. Ляля с опаской подошла к калитке и заглянула за неё, калитка была невысока, Ляле хватало роста заглянуть внутрь. Но ничего особенного не было видно. Те же высокие деревья, разве что кустов меньше, наверное, Тохт всё-таки чистил от мусора территорию за забором. Он пропал на дорожке, ведущей вглубь, за деревьями не было видно, куда уводила тропинка. Ляля поняла, что из-за забора она ничего не увидит, поэтому дождавшись тишины, Тохт по ходу постукивал палкой по стволам, как будто хотел кого-то предупредить, что он подходит, и шум от его палки становился всё тише. Она открыла калитку, та закрывалась совсем просто, на деревянный запор, который легко можно было отодвинуть, опустив руку вниз за калитку, зашла внутрь, стараясь не шуметь совсем, и не наступать на сломанные веточки, чтобы не колоть босые ноги. Хотя ноги за те дни, что она жила здесь, уже как-то привыкли ходить без обуви, пяточки уплотнились, у Лолы были какие-то мягкие, как бы сказала бабушка Ляли, чёбуты… Ой! Какая бабушка? Кто это такая вообще? Да, у Ляли была бабушка! Нет-нет! Нельзя отвлекаться на воспоминания! Можно вляпаться в неприятную ситуацию. Сейчас надо понять, а что Тохт скрывает за этим забором? А чёботы? Так у Лолы что-то такое было, а Ляле она ничего подобного не дала. Наверное, не было лишних. У Тохта тоже на ногах были какие-то ботинки, мягкие, на шнурках… А Ляля ходила босиком, скОты 1 тоже босиком бегали, и это их не раздражало, по крайней мере, не жаловались и ходили спокойно, а вот Ляле пришлось привыкать к этому обстоятельству, её ноги были слишком нежные для постоянного хождения по голой земле босиком, тем более, что её участок не был убран, дорожки были не натоптаны. И до сих пор ей пока приходилось заботиться о том, на что она наступает. И по натоптанной и чистой дорожке за забором она тоже не могла позволить себе идти, этак ненароком можно столкнуться лоб в лоб с Тохтом. Или ещё с кем…. Кустов здесь, конечно, почти не было, но трава была совсем не газонная, не ровная и не очень мягкая. Вскоре Ляля услышала кудахтанье кур, самых обыкновенных деревенских кур… Они гуляли по вытоптанному дворику, посреди которого стоял так же грубо сколоченный навес, покрытый листьями моголы, как каким-нибудь шифером. Под навесом стоял насест. Ясно, здесь куры спят. Здесь же стояло корыто с зерном, значит, Тохт уже здесь был, насыпал им в корыто корма… Что-то его не видно… Надо спрятаться, последить… Ляля присмотрела кучу хвороста, наверное, Тохт приготовил её, чтобы убрать с территории, она была навалена прямо у забора, но между кучей и забором было немного места, ровно столько, чтобы Ляля могла укрыться за хворостом. Она попробовала спрятаться за этой кучей хвороста и посидеть там, чтобы убедиться, что там она будет скрыта надёжно от глаз Тохта. Вовремя она заняла своё новое место за хворостом, потому что Тохт как раз появился перед глазами. Он принёс зерно и начал сыпать во второе корыто, подзывая птицу совсем негромко, почти шёпотом, но куры услышали и набежали на это «цып-цып-цып!» А пока они обедали, Тохт прошёл по гнёздам, разбросанным по территории и собрал яйца в небольшую корзину. Потом поставил на стол какую-то решётку, похоже тоже из листьев моголы, сложил в неё яйца, каждое в отдельную ячейку решётки, и поставил эту решётку уже с яйцами в ящик. Так он сложил в ящик несколько решёток с яйцами, поставил полный ящик на грузовую площадку на колёсиках, такие тележки здесь были везде и поволок её вглубь.
Ляля воспользовалась грохотом тележки и вылезла из своего укрытия, чтобы посмотреть, куда Тохт повёз яйца. А он подвёз их к другой стене изгороди, где была ещё одна калитка и вывез тележку за пределы заграждения. Ляля подошла к забору, нашла хорошую щель и продолжала наблюдать за Тохтом. Оказалось, что сразу за забором находилась монорельсовая дорога. И Тохт установил ящик на подготовленную платформу. Наверное, ночью эти яйца забирает отсюда ночной обслуживающий персонал. Тохт возвращался на свой птичий двор, поэтому Ляля поторопилась вернуться в своё убежище. Она снова залезла в дыру, которую сделала в куче хвороста и спряталась поглубже, в предчувствие очередного эпизода. И тут вдруг она почувствовала, что она не одна здесь укрывается…