Он быстрым шагом прошел к могилам Джеймса и Лили Поттеров. Встав перед надгробием, он закрыл глаза и начал мысленно говорить со своими погибшими родителями. Он прекрасно знал, что в этом нет необходимости, так как мертвые все видят и им не надо слышать рассказы живых. Но он не мог отказаться от такой иллюзии. Глупо, но он не мог иначе. Камень Певереллов он выбросил много лет назад.
Открыв глаза, он стер выступившие слезы и положил поверх плиты букет лилий. Он вздохнул и уже собрался отправиться назад, но его чары просигналили, что кто-то вошел на кладбище. Он резко выдернул свой Плащ Невидимости из левого рукава и накинул его на плечи, застегнув фибулу и набросив капюшон.
Он долго восстанавливал Плащ Невидимости после того, как отец сделал его простым полотном со скрывающими чарами, пока учился в Школе. Джеймс отошел в тень дерева, чтобы его уже никто не смог заметить. Он помнил, что и Муди и Дамблдор могли заметить его сквозь плащ. Хоть, он и восстановил работу частично заблокированных чар на плаще, но он все равно опасался раскрытия. Существовали чары, которые могли игнорировать невидимость.
Джеймс посмотрел в сторону входа и увидел Гермиону. Он был удивлен, почему она пришла сюда. Поэтому он решил понаблюдать, а не уходить.
Гермиона подошла к надгробию его родителей и удивленно посмотрела на букет. Она начала вертеть голову по сторонам, в надежде увидеть, кто это сделал. Но Джеймс знал, что она пыталась увидеть именно его… Гарри Поттера. Но он не решался выйти из тени.
- Ах, - она вздохнула. – Думала, что в этот раз я смогу поймать тебя, Гарри. – Гермиона покачала головой. – Здравствуйте, Джеймс, Лили. Я все так и не могу поймать вашего сына. Каждый год, приходя сюда, я надеюсь увидеть его. Но… - она покачала головой, и присела возле плиты.
Джеймс видел, как она достала палочку и создала венок из роз. – Простите, но я не могу думать о других цветах, когда прихожу сюда.
Джеймс-Гарри крепче стиснул свой жезл в руке, до боли в костяшках, Он помнил, как она сделала это в первый раз. Он хотел ей все рассказать, слишком часто хотел этого. Но Северус и Альбус убедили его, что правда будет слишком опасной для его друзей.
Он вздохнул и печально улыбнулся. Когда она вставала, он тихо подошел к ней сзади и дотронулся до кончиков её волос и тихо пробормотал, - Прости…
Он резко оттолкнулся ногами назад и ушел с тихим шелестом аппарации. Ушел так, чтобы его никто не смог отследить.
***
Гермиона резко обернулась и застыла от удивления. Спустя мгновение, она применила поисковые чары, но они не дали результата. Она была одна на кладбище.
«Это был Гарри!» - промелькнула её мысль. – «Он был здесь. Но почему он ушел?»
Она смотрела в пустоту перед собой и едва могла сдержать слезы. Она расслышала его голос, она услышала его «Прости».
***
Аппарировав в Хогсмит, Джеймс нашел тихий скрытый закуток и снял плащ. Он взмахнул левой рукой, и плащ втянуло в рукав. Он посмотрел на часы и увидел, что уже было половина одиннадцатого.
- Пора готовить Замок к представлению, - он усмехнулся и встряхнул головой, прогоняя грусть и лишние эмоции. – «Собственные эмоции - главный враг волшебника», - вспомнил он слова Снейпа. – «В сражении тебе нужен холодный разум. Магия подчиняется лишь сильному. Сохранив холодный разум, ты найдешь свою силу».
Джеймс еще раз встряхнул волосами и поспешил в Замок, было слишком много дел. О том, что он увидел, думать будет позже.
***
В половине двенадцатого, Гермиона вошла в Большой Зал и наблюдала, как Джеймс трансфигурирует столы и скамейки – в мягкие и удобные кресла. Она была удивлена, как легко он это делает. Его жезл парил в воздухе перед ним и кристалл в навершии светился мягким светом, горела искра магии над кристаллом и испускала нити. Джеймс же водил палочкой, правой рукой, из стороны в сторону, управляя нитями заклинания.
Когда он закончил, она сказала:
- Удивительно. Как вы, Джеймс, легко справились с такой задачей. Я поражена тем, как вы применяете заклинания с помощью палочки и жезла одновременно.
Он широко улыбнулся и ответил, - Все дело в привычке. Чтобы справиться с данной задачей, я разделил контроль и управление заклинанием на жезл и палочку. Жезл контролировал и концентрировал магическую энергию, а палочка направляла и работала с заклинанием.
- Я вижу у вас все готово, - она обвела Зал взглядом и указала на манекены по левую сторону от него. – Манекены для демонстрации Боевых чар?
- Верно, я также укрепил стены за манекенами, - он кивнул и указал на несколько дополнительных стен за манекенами, - присаживайтесь, скоро всё начнется. Я удивлен, что студенты еще не толпятся у входа.
- Возможно, - она хитро улыбнулась, - кто-то сказал им вам не мешать.
- Оу, - он кивнул ей и решил пошутить. – Видимо строгая профессор Грейнджер напугала студентов так, что они сбежали в свои Гостиные.
- Я их не пугала. – Она строго сказала. – Но они могли помешать вам, профессор Певерелл.
Джеймс начал тихо посмеиваться, слыша её строгий голос, при этом видя её улыбку. – Поэтому вы решили наблюдать сами, да? Ай-яй-яй, - он назидательно покачал пальцем, - как не стыдно.
Они вместе рассмеялись и сели в кресла. Гермиона удивленно посмотрела на него, когда поняла, что кресла были не только на вид удобны. Джеймс лишь пожал плечами на это.
- Вы не знаете, гости уже прибыли? – спросил Джеймс.
- Да, - она кивнула. – Министр Шаклболт и Глава ДМПО Робадс, а так же несколько Авроров прибыли и сейчас находятся в кабинете директора. – Она посмотрела на него и добавила серьезно, - Джеймс, должна предупредить, в числе Авроров есть один человек, которому очень неприятна Темная Магия.
- Хм, - он посмотрел на потолок, что показывал чистое небо. – И кто же этот человек?
- Рональд Уизли, он старший Аврор. – Сказала она, Джеймс удивленно вскинул брови. – Мы учились с ним, дружили. Он был лучшим другом Гарри Поттера. И поэтому считает, что необходимо запретить Темную Магию. Я опасаюсь, что он может не так понять вас.
- Хех, - усмехнулся Джеймс. – Это я уже проходил, меня даже арестовывали, только лишь за то, кто я есть. – Он беспечно продолжил. – Если потребуется, то я могу просто вызвать его на дуэль, и мы решим разногласия в сражении.
Гермиона удивленно раскрыла рот и не смогла вымолвить ни слова. Джеймс видимо хотел или даже собирался устроить демонстрацию на живой мишени.
- Не переживайте, - Джеймс успокаивающе положил ей руку на плечо. – Я не собираюсь его привязывать к манекену и обстреливать заклинаниями.
- Джеймс, - строго сказала она и хлопнула его по плечу, - это не смешно.
- Но, - он усмехнулся, - вы, Гермиона, улыбаетесь. Так, что я думаю, что это смешно. Но я серьезно, не переживайте. Я разбираюсь с проблемами по мере их поступления. – Он наклонил голову к плечу, - Я кое-что заметил в ваших словах. – Она заинтересовано посмотрела на него, - то, как вы говорили об этом мужчине. У вас с ним отношения?
- ЧТО?! – вскрикнула Гермиона и замотала головой. – Нет-нет, Джеймс. Возможно, я и была в него влюблена, когда-то. Но он женат. Он женился примерно через полгода после Войны.
- Но по вашему лицу, - он продолжил, - видно, что вы чем-то опечалены?
- Ах, - она вздохнула и прикрыла глаза, - у нас с Роном были отношения, достаточно близкие. Даже был разговор о свадьбе. – Она посмотрела Джеймсу в глаза, - но когда я ездила к своим родителям. Я говорила вам, что я сделала, - он кивнул. – Он изменил мне и девушка забеременела. А её и его родители заставили Рона жениться, дабы избежать позора. Вы сами знаете, как относится к такому наше общество. У магглов с этим проще, но волшебница не может сделать аборт, в крайнем случае.