Татьяна поклялась, что мужчины ее в принципе не интересуют, чем добилась недоверчивых замечаний «а ради чего тогда было так стараться?» Сообразив, что она и сама принимала активное участие в этом преображении, Татьяна стыдливо потупила глаза, и они шумной компанией прошли в зал.
Столы ломились от еды. Все их перепробовав и выпив за юбиляршу пару фужеров шампанского, дамы отправились танцевать. Массовые танцы сменяли парные, и Татьяна, в отличие от предыдущих междусобойчиков, без кавалеров не оставалась.
Каждый из них говорил ей о ее волшебном преображении и намекал, что не прочь продолжить знакомство в более приятной обстановке. Она делала вид, что ничего не понимает, и старалась поскорее очутиться за своим столом. Под конец вечера ее пригласил на танец сам шеф, Анатолий Витальевич, и, прижав к себе несколько более тесно, чем положено, повел в вальсе. Наклонившись к ней так низко, что она чувствовала запах выпитого им коньяка, двусмысленно произнес:
– Я и не знал, что в нашей организации работают такие прелестные женщины.
Татьяна скучно подумала, что Антон прав, и одежда значит очень много, но вот только ей вовсе не хочется быть центом притяжения сильной половины человечества. Ей больше нравится спокойная непритязательная жизнь. А мужчины – это всегда беспокойство, непостоянство и, как венец всему, неверность.
Она тихо усмехнулась, ничего не отвечая. Босс удвоил усилия. На ее счастье, танец закончился, и Анатолий Витальевич вынужден был проводить ее на место. Вычурно благодаря за оказанную ему честь, он так откровенно на нее посмотрел, будто предупредил вслух: продолжение следует.
Садясь на свое место, она исподтишка взглянула на соседний столик, где сидела нынешняя пассия босса. Та следила за ними с нескрываемым беспокойством, ведь по сальным глазкам шефа всё было ясно. Раздосадовано отвернувшись, Татьяна пожалела о своем глупом стремлении принарядится. Сколько лет ходила на подобные банкеты, и всё кончалось достаточно мирно, а тут такая никчемушная популярность.
Сидевшая рядом с ней Маша привстала, чтобы дотянуться до лежащего на противоположном конце стола персика и тихо ахнула. На вопросительный Татьянин взгляд тихо пояснила:
– Платье порвала. Зацепила каблуком подол – и вот…
Она показала оторвавшуюся оборку. Посетовав на невезуху, позвала Татьяну домой. Та с радостью согласилась, обрадовавшись найденному предлогу удрать. По черному ходу девушки потихоньку выбрались из кафе, поймали проходившую мимо легковушку и отправились по домам. Татьяна всем своим видом показывала, что водитель ее вовсе не интересует, но тот всё равно принялся задавать ей каверзные вопросики. Всё понявшая Маша доставила домой сначала подругу, и только потом назвала свой адрес.
Уставшая Татьяна, прежде чем сбросить с себя так странно зарекомендовавший себя наряд, немного повертелась перед зеркалом, не понимая, что сегодня произошло. Ничего особенного в себе она не видела. Ну, довольно приятная дамочка с блестящими глазками и распущенными по плечам русыми волосами, но чтобы так нравиться мужчинам? Может быть, платье заколдовано? Ведь бывают же на свете разного рода магические вещи?
Или это просто талант Антона сотворил с ней такое чудо? В душе вновь всколыхнулась тоска по несбыточному. Порой так хотелось защиты и опоры, крепкого мужского плеча рядом. Но чего не дано, того не дано.
Сняв платье и аккуратно повесив его на вешалку, трепетно провела рукой по шелковистому материалу и печально вздохнула. К чему ненужные, так выбивающие из привычной колеи мысли? Жить одной куда проще и спокойней, чем терпеть мужские притязания на исключительность. Каким бы ни был мужчина, он всегда уверен, что перманентно лучше любой женщины. Российский менталитет?
В понедельник все сослуживицы приставали к ней с одним вопросом: откуда такой чудный нарядец и сколько он стоит? Услышав ответ, отходили с вытянутыми лицами. Однако Машу услышанная цена не напугала.
– Ну, эта овчинка стоит своей выделки. Ты не могла бы сходить со мной в этот самый модный дом и помочь выбрать платье?
Татьяна сильно удивилась. С такими просьбами к ней никто не обращался. Чего-чего, а в нарядах она как была профаном, так и осталась.
– Я могу тебя туда отвезти, но вот выбрать – уволь. Впрочем, там консультанты очень добросовестные, так что тебе и без меня будет кому помочь.
То, что платье ей выбирал сам мэтр, не призналась. Женщины есть женщины, и из неосторожных слов вполне могут сделать далеко идущие, абсолютно не соответствующие действительности, выводы.