Когда Эн-хеду добралась до хижины Нинбанды, она не остановилась, а просто толкнула тележку в сторону входа и крикнула женщине, чтобы та присмотрела на нею. Потом поспешила к следующей улице, к питейному дому.
Что-то было не так. Эн-хеду невольно пустилась бегом, прижимая к груди тяжелый сверток с товарами, закутанными в одеяло, огибая усталых после работы жителей, которые тащились к своим домам.
Тяжело дыша, она свернула на узкую улочку, которая вела к питейному заведению Таммуза, пробежала мимо двух людей, пытавшихся с ней поздороваться, и сквозь полуоткрытую дверь ворвалась внутрь.
Кури поднял глаза, услышав шум, но она не обратила внимания на его обычную улыбку.
— Где Таммуз? Он здесь?
Она уронила сверток, беспокоясь, что Таммуз может сейчас наблюдать за домом, может даже последовать за группой Хатхора или Симута.
Но Таммуз вышел из своей комнаты, услышав звук распахнувшейся двери и возбужденный голос Эн-хеду.
— Эн-хеду, что…
Бросив один-единственный взгляд на ее лицо, он замолчал.
Она впихнула его обратно в спальню и закрыла дверь, а потом тихим голосом рассказала обо всем, что видела.
— Эти свертки… Насколько большими они были?
Эн-хеду развела ладони, показывая длину мужской руки.
— Одеяла, которые несли люди Кортхака, были еще длиннее и толще.
— Хм-м-м, недостаточно длинные для луков, — глаза Таммуза широко распахнулись. — Мечи? Могли они нести мечи?
— Да, наверное… хотя я не слышала, чтобы что-нибудь звякнуло.
Выругавшись себе под нос, Таммуз подхватил свой пояс и захлестнул вокруг талии. Эн-хеду привычно помогла застегнуть его, и в ней поднялся страх, когда она увидела, как Таммуз вытащил из ножен нож.
— Я пойду в дом Эсккара и предупрежу Треллу, — сказал он. — Оставайся здесь с Кури.
Он выскользнул за дверь, покинул пивную и пустился бегом.
Ошеломленная Эн-хеду осталась стоять на месте. Что мог сделать Таммуз с одной здоровой рукой и одним ножом? Если случится беда, он…
Она шагнула в общую комнату. Один из посетителей, увидев ее, крикнул, прося принести еще кружку эля и что-нибудь поесть. Эн-хеду уставилась сквозь него, потом заметила товарища этого человека — тот носил на поясе нож.
— Мне нужно одолжить у тебя это, — она так быстро вытащила зеленоватое медное лезвие из-за пояса, что хозяин ножа не успел сообразить, что она делает. — Кури, останься здесь.
Она сунула нож под платье, крепко вцепилась в него сквозь ткань и побежала за Таммузом, не обращая внимания на окликающие ее сзади голоса.
Улицы были полны народу. Многие уже поужинали и собирались несколько часов побездельничать, прежде чем лечь спать. Они хмуро смотрели на Эн-хеду, когда та отталкивала их с дороги или натыкалась на них, пробираясь через толпу тем же путем, каким Таммуз наверняка двинулся к дому Эсккара.
Солнце опустилось за горизонт. Дневные краски поблекли, сменившись серыми тенями, которые начали укутывать все вокруг.
В это время суток до дома Эсккара нельзя было добраться быстро, но Эн-хеду спешила, как могла, тяжело дыша и огибая прогуливающихся людей. К ее удивлению, не успела она миновать три улицы, как увидела Таммуза в нескольких шагах впереди. Эн-хеду с облегчением замедлила бег, потом перешла на шаг. Она удивилась еще больше, когда он свернул с улицы, ведущей к дому Эсккара. Что могло заставить его изменить направление? Теперь Эн-хеду была от него всего в дюжине шагов и уже открыла рот, чтобы окликнуть Таммуза, когда…
— Гат! — взвыл Таммуз. — Берегись!
Крик заставил всех на улице застыть, но только на одно мгновение. Потом тупое глухое звяканье бронзы о бронзу разбило вдребезги мирный вечер.
Таммуз метнулся вперед, вытаскивая нож. Эн-хеду снова сорвалась на бег, ее грудь сжималась от страха при мысли о том, что она может увидеть.
Кто-то закричал на египетском, и, едва подбежав к перекрестку, с которого выкрикнул свое предупреждение Таммуз, она услышала крик боли. Теперь света едва хватало, чтобы различить хоть что-нибудь, но Эн-хеду узнала Гата: прижавшись спиной к стене, с мечом в руке, он сражался с людьми Симута. Телохранитель Гата корчился на земле, истекая кровью, никто не обращал внимания на его крики о помощи.
Гата, отбивавшегося от трех человек, вот-вот должны были одолеть, но внезапно позади людей Симута появился Таммуз и сильно ударил одного из них ножом в спину. Раненый завопил, Эн-хеду увидела, как по его одежде потоком хлынула кровь. Симут заметил, что случилось, и замахнулся мечом на Таммуза, но тот увернулся от удара. Воспользовавшись случаем, Гат передвинулся вбок и ударил ближайшего из атакующих. Удар Гата бросил этого человека на спину, дав старому воину возможность броситься в сторону и спастись. Но не успел он этого сделать, как еще один египтянин кинулся на Гата и вонзил меч в бок командира стражи. Гат сильно ударил рукоятью меча нападавшего в лицо, и тот отшатнулся назад, толкнув своего товарища.