– Паучья Королева пользуется войной, чтобы объединить своих подданных, – негромко произнес он, и Громф кивнул. – На этот раз Паучья Королева желает объединить свой народ потому, что она поглощена борьбой – не такой мелочью, как ее конфликт с Миликки, а более крупным сражением, сражением за право распоряжаться Царством Мистры, Царством Магии. А из ее подданных в магии наиболее искусен Громф.
Архимаг снова кивнул, потому что никогда не любил изображать скромность – точно так же, как и сам Киммуриэль.
– А теперь Громф хочет освоить высшую магию сознания, и, как я подозреваю, без благословения Паучьей Королевы.
Архимаг снова пожал плечами.
– У тебя имеются списки новых учеников Академии, – сказал Киммуриэль.
Громф сделал утвердительный жест.
– И среди них больше дочерей благородных Домов, чем сыновей, – предположил Киммуриэль, – впервые на моей памяти, возможно, в первый раз за время существования Академии.
– В первый раз, – подтвердил Громф.
– Итак, женщин намного больше, чем мужчин.
Громфу не нужно было отвечать – Киммуриэль все понял и без слов. Почти все самые искусные маги Мензоберранзана были мужчинами. Действительно, существовали и женщины-чародейки, но большинство из них в первую очередь были жрицами, и они освоили магическое искусство лишь в дополнение к своему долгому обучению в Арак-Тинилит. И поэтому стремление Госпожи Ллос завоевать Царство Мистры принесло надежду многим мужчинам Мензоберранзана, принесло видимость свободы Дому Ксорларрин, благородному Дому, в котором мужчины смогли достичь выдающегося положения. Это был единственный благородный Дом, где магия этого мира не подчинялась целиком и полностью божественной власти жриц.
На протяжении всей истории Мензоберранзана магическое искусство оставалось привилегией мужчин, это была их единственная возможность подняться по иерархической лестнице города, но сейчас Матери отнимали у них даже эту возможность. Их дочери будут главенствовать в Академии Магик, а мужчинам останется лишь Мили-Магтир, школа воинов.
Сестра Громфа, Мать Бэнр, приобрела огромное могущество, как и сказал Громф. Присутствие в Правящем Совете Матери Дома До’Урден дало Квентл два голоса из восьми, а союзы, заключенные с остальными правящими Домами, гарантировали ей почти абсолютный контроль над городом.
– Достаточно контроля, чтобы превратить все это в фарс, – ответил Громф, и Киммуриэль остался доволен тем, что архимаг только что прочел его мысли. Он не ставил перед собеседником мысленных барьеров, хотя легко мог предотвратить вторжение. Отсутствие препятствий служило приглашением к действию. И Громф смог принять это приглашение. – Дом До’Урден – это фарс, Правящий Совет – фарс, – объяснил Громф. – Они все это понимают, особенно Мать Мез’Баррис из Дома Баррисон Дел’Армго. Мать Бэнр показала им, что теперь она дергает за ниточки, а они будут ее марионетками. И наглядной иллюстрацией этого факта для верховных матерей служит присутствие Далии, Верховной Матери Дартиир До’Урден, в зале заседаний Правящего Совета, у стола Ллос.
«Никто не пойдет против нее, – подумал Киммуриэль. – Только не сейчас».
– В Мензоберранзане нет ничего постоянного, так ведь? – спросил Громф, прочитав и эту мысль, и Киммуриэля заинтересовали слова старого мага и его тон. Они словно приглашали к беседе.
Могущество Квентл укрепится после победы на Серебристых Болотах, но, возможно, кое-кто в Мензоберранзане – и даже в К’Ксорларрине, если вспомнить о споре насчет Тсабрака, – не слишком радуется подобной перспективе.
А возможно, среди поклонников Ллос есть и те, кто уже не так твердо надеется на то, что она захватит Царство Мистры, как надеялся прежде.
– Мать Зирит ни за что не желает отпускать Тсабрака из своего нового города, – догадался Киммуриэль.
– Ее сын Рейвел заменит Тсабрака в Доме До’Урден.
Взмахнув рукой, Киммуриэль оградил свое сознание барьерами, и теперь Громф не мог проникнуть в его мысли. На лице псионика появилось задумчивое выражение – он пытался разгадать смысл туманных намеков и умозаключений, которые были сделаны во время этого необычного разговора. Итак, двое детей Зирит займут высокое положение в Доме До’Урден, Рейвел станет главным магом, а Сарибель – верховной жрицей.
Киммуриэлю пришло в голову, что подобный неожиданный поворот, несмотря ни на что, не даст Зирит той власти, на которую она рассчитывает.
Потому что Домом До’Урден правит Далия, называющаяся теперь Верховной Матерью Дартиир. Фарс, затеянный Матерью Бэнр, прочно укоренился в сознании горожан, и любое покушение на Далию наверняка вызовет сокрушительный ответ Дома Бэнр. А возможно даже, и ответ Госпожи Ллос. Поскольку фарс имел такой масштаб, что весь Мензоберранзан делал вид, будто верит, следовало ожидать, что Паучья Королева довольна решением Матери Бэнр относительно того, кто должен занять восьмое место в Правящем Совете.